Персональные инструменты
 

Эксклюзивный «пошив» ИТ-систем

Материал из CustisWiki

(перенаправлено с «Эксклюзивный "пошив" ИТ-систем»)
Перейти к: навигация, поиск
Владимир Рахтеенко
Генеральный директор CUSTIS
Сергей Тихомиров
Руководитель направления «Финансовые институты» CUSTIS

Национальный банковский журнал , № 7, июль 2010.http://www.nbj.ru/publs/upgrade-modernizatsija-i-razvitie/2010/06/30/ekskljuzivnyi-poshiv-it-sistem/index.html

Заказные информационные системы не только эффективнее, но порой и гораздо дешевле «тиражных» вендорских решений

При запуске инвестиционных проектов в сфере ИТ организациям часто приходится делать выбор между стандартным и индивидуальным решениями. О том, в каком случае компании лучше установить информационную систему по «спецзаказу», а когда можно купить «коробочное» решение от вендора, рассказали НБЖ представители компании CUSTIS — генеральный директор Владимир РАХТЕЕНКО и руководитель направления «Финансовые институты» Сергей ТИХОМИРОВ.

НБЖ: Вы предлагаете не стандартные разработки, а индивидуальные решения — заказные информационные системы. Почему вы решили выйти с таким предложением на рынок?

В. РАХТЕЕНКО: Для ответа на этот вопрос придется вернуться в историю нашей компании. 15 лет назад несколько выпускников лучших российских вузов решили заняться внедрением современных информационных систем. Однако внедрять готовые решения показалось скучным и малоэффективным, поэтому был выбран другой путь — идти не от системы, а от интересов и требований заказчика и создавать «штучную» систему под клиента.

Тогда это было достаточно смелое решение, однако, как показала практика, верное. Сегодня на рынке мало компаний могут предложить подобные услуги. Для глубоко кастомизированной системы важно, чтобы модель, лежащая в ее основе, учитывала все особенности заказчика. А это невозможно без непосредственного участия архитектора в каждом таком проекте. В основе же любого готового решения лежит универсальная (усредненная) модель, а архитекторы занимаются разработкой новых версий и дистанцированы от заказчиков.

Кроме того, мы предлагаем системы, которые имеют конструкцию «матрешки». Подобная структура позволяет нам при необходимости вносить изменения на различных технологических слоях системы — от интерфейсного уровня до уровня ядра, — чтобы тонко «подстраивать» систему под существующий в организации ИТ-ландшафт и текущие бизнес-процессы.

НБЖ: В каких случаях организации лучше внедрять стандартное решение, а в каких — заказное?

В. РАХТЕЕНКО: Если это новая организация, которая создает ИТ-систему «с нуля», то ей, конечно, будет проще внедрить готовое решение. Кроме того, около 80 % бизнес-процессов в организациях являются инфраструктурными, они не затрагивают жизненно важного функционала. И для их обеспечения могут использоваться «коробочные» решения.

Однако периодически перед компаниями возникают более глобальные задачи — по модернизации ИТ-систем, обеспечивающих функционирование ключевых бизнес-процессов. Как правило, такие системы очень специфичны и сильно заточены под конкретную организацию, а потому стандартные модули в них просто не вписываются.

При решении подобных задач может быть использован один из двух подходов. Первый — организация меняет свои бизнес-процессы под жесткую структуру готовой системы. Второй -выбирается гибкая система, которая подстраивается под бизнес заказчика.

Мы работаем в таких проектах, где необходим высокий уровень кастомиза-ции системы, где стандартные решения не могут обеспечить весь необходимый функционал.

НБЖ: Существует мнение, что западные системы не подходят российским банкам и требуют сильных доработок.

С. ТИХОМИРОВ: Я бы сказал, что эта проблема несколько преувеличена. Действительно, российский бизнес имеет множество нормативных, регуляторных и прочих отличий. Все эти особенности, в свою очередь, накладывают специфические требования на ИТ-системы, но это может решаться и в рамках отдельных систем. Однако бизнес-процессы в западных странах также имеют множество отличий, и это не мешает им работать на вендорных решениях.

Поэтому основная проблема заключается даже не в том, что западная система не «заточена» под российский бизнес, а в том, что у иностранных систем большой цикл развития. Так, в российском бизнесе ввиду его молодости часто происходят изменения на законодательном, регуляторном, отраслевом уровне, которые требуют внесения не поверхностных, а структурных доработок. Необходимый уровень поддержки не сможет обеспечить ни один мировой вендор, так как периодичность выхода обновлений западных систем не успевает за изменениями. Поэтому российскому пользователю приходится самостоятельно решать подобные задачи.

B. РАХТЕЕНКО: Поскольку системы, которые предлагает наша компания, очень гибкие, а производственный цикл их реализации короткий, мы практически мгновенно с точки зрения современного рынка реагируем на новые требования. Например, некоторые доработки мы можем выполнить за три недели. Показателен в данном случае наш опыт сотрудничества с Банком России. В кризис 1998 года в короткий промежуток времени появилось много новых финансовых инструментов — например, частичное погашение купона бумаги, реструктуризация заимствований и прочее. Регулятор оказался в ситуации, когда использовавшаяся система была не в состоянии реализовать новые технические требования и автоматизировать бизнес-процессы в оперативные сроки. Поэтому учет всех операций приходилось вести подручными средствами. А это на объемах Банка России титанический труд. Тогда мы показали свое решение по автоматизации аналогичных процессов в коммерческом банке и пообещали, что в предельно короткие сроки предоставим работающий продукт. Нам удалось выполнить взятое на себя обязательство, и уже на протяжении многих лет мы сотрудничаем с Банком России.

C. ТИХОМИРОВ: Необходимо учитывать также то обстоятельство, что крупные вендоры выпускают только те обновления, которые затем идут в большой тираж. То есть это могут быть обновления, связанные с нормативными изменениями, появлением новых регуляторов или продуктов. Например, когда появилось Национальное бюро кредитных историй, только примерно через год-полтора практически у всех вендоров вышли обновления, которые позволили автоматически производить выгрузку данных в НБКИ. То есть продолжительное время для реализации своих задач компаниям пришлось либо выносить какой-то модуль, обслуживающий ключевой бизнес-процесс «вбок», либо дорабатывать систему самостоятельно. Но в этом случае возникает другая проблема: если конфигурация «стандартной» системы была нарушена, то выпускаемые вендором обновления на нее уже не «лягут».

НБЖ: Но, вероятно, стоимость заказной системы гораздо выше, ведь она выпускается в штучном экземпляре?

С. ТИХОМИРОВ: Сравнивать стоимость лицензии готового решения со стоимостью заказной информационной системы «под ключ» не совсем корректно, так как данные варианты затрагивают разные этапы жизни проекта.

В случае заказного решения заказчик получает полностью готовую к работе систему. Мы оперируем таким понятием, как результативное внедрение, то есть вокруг установленной системы не должно существовать никакой дополнительной автоматизации, все новые бизнес-процессы должны гармонично «погружаться» в существующую систему. И это никак нельзя сравнивать со стоимостью лицензий вендорного решения.

В. РАХТЕЕНКО: Как уже отмечалось, крупные вендоры продают готовое решение сотням или тысячам клиентов. Стоимость его разработки перекладывается пропорционально на всех покупателей. И поэтому начальная цена готового решения может быть ниже, чем стоимость заказного проекта.

Как правило, анонсируется, что итоговая стоимость проекта будет составлять условно 1+1, то есть если средняя стоимость лицензии на установку вендорского решения составляет около миллиона долларов, то за внедрение системы заказчику придется отдать примерно такую же сумму. Однако, как показывает практика, если в ходе проекта будут реализованы все потребности заказчика, то итоговая стоимость составит уже не 1+1, а 1+5 или даже 1+10, то есть окажется в несколько раз дороже. Это аналог «проблемы последней мили», когда эффект тиража теряется и стоимость работоспособного решения оказывается гораздо выше, чем покупка лицензии. В этих же условных единицах результативное внедрение заказной (или малотиражной) системы окажется равно 2 или 3.

НБЖ: Заказные системы часто вызывают опасения, потому что их устройство знает только автор. И если разработчик исчезает, то пользователь может остаться с системой один на один.

В. РАХТЕЕНКО: Клиента готовых систем подстерегают все те же риски: он также может оказаться один на один с системой. Мы со своей стороны делаем все, чтобы такие риски минимизировать. Наша компания технологически абсолютно открыта. Во-первых, мы готовы делиться с клиентами своими знаниями и технологиями. Более того, инфраструктура проекта «вывешивается» в интра-нет-пространстве, к которому клиент имеет прямой доступ, а потому может в режиме online делать свои замечания и формулировать требования.

Во-вторых, мы предлагаем заказчику включать своих представителей в проектную команду и активно участвовать в разработке. В результате по окончании проекта заказчик будет досконально знаком с системой и во многом независим от нас.

В-третьих, в нашей практике есть случаи, когда клиенты в течение пяти-семи лет успешно эксплуатировали и развивали систему без нашего участия.

Мы стремимся создать систему, которая не только эффективно обслуживает все текущие бизнес-процессы заказчика, но и поддерживает их развитие на несколько лет вперед. Если это удалось, если за все время эксплуатации она ни разу не стала технологическим тормозом, то проект можно считать успешным.

Беседовала Валентина Хохлова



Внимание! Эта статья была создана путем автоматического реплицирования из внутренней базы знаний компании Заказные Информ Системы. Любые правки этой статьи могут быть перезаписаны при следующем сеансе репликации. Если у вас есть серьезное замечание по тексту статьи, запишите его в раздел «discussion».