CustisWiki - Новые страницы [ru]

Рынок заказчика

2015-12-01T13:01:01Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Максим Михалев, наш директор по развит…»

Максим Михалев, наш директор по развитию бизнеса, рассказал журналу «Банки и деловой мир» об основных трендах развития ИТ в банковской сфере. Какие технологии будут наиболее актуальны в финансовом секторе в ближайшие годы? Какие перспективы для банков открывают мобильные платформы? Каким образом концепция трансгуманизма воплощается в современных банковских продуктах? Об этом — в материале «Рынок заказчика» на сайте и в бумажной версии издания.

Основные тренды развития ИТ в банковской сфере связаны с переходом к созданию уникальных, максимально индивидуализированных услуг и продуктов, которые становятся все более востребованы клиентами. Кстати говоря, переход от массового к индивидуальному, отход от унификации — это повсеместная тенденция в современном мире, которую социологи и философы называют одной из главных специфических черт эпохи постмодерна.

Поэтому в ближайшие годы свое активное развитие продолжат такие связанные между собой технологии, как мобильность и Big Data. Именно эти технологии позволяют выстроить наиболее эффективные системы управления взаимоотношениями с клиентами (CRM), а значит, дадут возможность перейти от групповой кластеризации к индивидуальным предложениям, что позволит повысить уровень сервиса и объемы продаж банковских продуктов.

Мобильные технологии, с одной стороны, позволяют отслеживать действия, перемещения и покупки клиента, собирать множество различных сведений о нем и создавать точный потребительский профиль, с другой стороны, — держать с ним постоянный контакт и оперативно доставлять индивидуальные коммерческие предложения. Для обработки собранного массива информации и создания качественных предложений необходимо применение технологий Big Data и Business Intelligence (BI).

Сложная аналитика дает более тонкие конкурентные преимущества, которые на слаборазвитых рынках, где у компаний есть возможности для количественного роста и активной экспансии, не востребованы, но в финансовой сфере конкуренция сегодня достаточно высока, и банкам придется переходить на использование новых технологий. Спрос на адресные, индивидуальные предложения будет расти и дальше, и только использование новых технологий (аналитики, мобильности и т. д.) позволит сделать эти предложения максимально релевантными.

Отдельной тенденцией можно было бы назвать сращение персонального мобильного устройства и банковской сферы. В любом случае, можно утверждать, что возможности мобильных платформ подстегнули банковский бизнес. Например, именно с распространением мобильных гаджетов связано активное развитие систем дистанционного банковского обслуживания. В октябре заработала система мобильных платежей Apple Pay, позволяющая использовать iPhone 6 и iPhone 6 Plus в качестве цифрового кошелька при оплате покупок и услуг. В этом году собственную платежную систему создал Facebook, до конца 2015 года появится платежная система Samsung Pay. При этом клиент «привязывает» кредитную или дебетовую карту к мобильному устройству, на котором хранится вся информация о транзакциях. Помимо этого, гаджеты, как устройства, которые современный человек практически не выпускает из рук, позволяют анализировать социальные сети, геолокацию, потребительские предпочтения — при правильной интерпретации и переводе в четко таргетированные продукты это может обеспечить высокий уровень продаж. Правда, если инструменты сбора, хранения и анализа уже эффективно используются, то с интерпретацией и доведением до готового продукта дела пока обстоят не так хорошо, но лидеры рынка активно над этим работают.

Ряд крупных российских банков ведет проекты по использованию Big Data для анализа транзакций и социальных сетей с целью повышения качества обслуживания клиентов и проработки комплексных продуктовых предложений («автокредит плюс страховка» или «программа накоплений плюс целевой кредит»).

Следующий шаг в развитии технологий — анализ не только поведения, но и физических особенностей человека, позволяющий формировать предложения клиенту на основании его физиологического состояния: частоты пульса, уровня давления, характера активности и т. д. Примером такого банковского продукта была акция Альфа-Банка, во время которой банк считал через мобильное приложение количество пройденных клиентом шагов и за каждый шаг переводил деньги с основного счета на накопительный с повышенным процентом годовых. Это соответствует концепции трансгуманизма, которая предполагает все более сильное сращение человека и технических устройств для расширения возможностей человеческого организма.

Бизнес ждет от ИТ существенного повышения эффективности

2015-11-30T09:28:48Z

KseniyaKirillova:

Владимир Рахтеенко, наш генеральный директор, в своем интервью для обзора итогов CNews Forum 2015 рассказал о ситуации, сложившейся на российском рынке корпоративной автоматизации. В чем заключаются основные причины низкой эффективности ИТ-проектов? Чем бизнес-ценные ИТ отличаются от инфраструктурных? Какие прогнозы можно сделать относительно развития рынка автоматизации? Ответы на эти и другие вопросы — в материале «Бизнес ждет от ИТ существенного повышения эффективности» на сайте издания.

CNews: Владимир, как вы оцениваете ситуацию на российском рынке ИТ-услуг и какие проблемы стоят перед CIO сегодня?

Владимир Рахтеенко: Можно начать с того, что в 2014–2015 годах объем российского рынка корпоративных систем (включая продажу лицензий, услуги по внедрению и сопровождению программ, а также облачных сервисов) достиг 100 млрд рублей. При этом результативность проектов автоматизации остается критически низкой. Например, по данным аналитиков Panorama Consulting Group, только 66 % компаний при внедрении ERP-проектов смогли добиться хотя бы половины намеченных целей, а 16 % заказчиков прямо признали, что внедрение окончилось неудачей. Кроме того, все мы знаем, что обычно в проектах функционал платформ задействован всего на 30–40 % — это яркий и, к сожалению, негативный показатель эффективности ИТ.

Неудивительно, что бизнес уже давно не удовлетворен как качеством, так и темпами изменений со стороны ИТ. Но сегодня ситуация значительно усложняется еще и сложной макроэкономической и геополитической обстановкой, ужесточением конкуренции на всех рынках и общим сокращением доступных ресурсов. Поэтому эффективные изменения в корпоративном секторе ИТ перестали носить характер «пожеланий», а стали вопросом выживания. Лидерство сохранят только те компании, в которых ИТ-подразделения трансформируются в интегрирующие центры проведения изменений. Остальные проиграют.

CNews: Что вы вкладываете в понятие «бизнес-ценные ИТ»? Какие основные качества отличают этот сегмент рынка от инфраструктурного?

В. Рахтеенко: На мой взгляд, ИТ-проекты действительно стоит разделять на бизнес-ценные и инфраструктурные. В первом случае ведется работа на конкурентные преимущества бизнеса, то есть с точки зрения автоматизации здесь создаются уникальные, инновационные решения, которые и позволяют компаниям занимать лидерские позиции в своем сегменте рынка. Например, сейчас мы наблюдаем рост интереса к темам омниканальности в ритейле и комплексных клиентских сервисов в финансовой сфере, и пока на рынке не существует готовых решений, которые полностью удовлетворяли бы потребности лидеров в выстраивании этих процессов.

В то же время в противовес бизнес-ценной существует инфраструктурная область ИТ, под которой я подразумеваю решения, ориентированные на стандартные, высоконормированные потребности компаний. Как правило, это обеспечивающие процессы, такие как бухгалтерия или документооборот. Они достаточно легко автоматизируются коробочными продуктами.

Конечно, это условное разделение и между этими полюсами существует широкий спектр различных вариаций. Однако, на мой взгляд, именно принципиальное неумение различать бизнес-ценную и инфраструктурную области ИТ, а значит, выбирать эффективные подходы к работе с ними — ключевая причина провалов большинства ИТ-проектов и неудовлетворенности бизнеса работой ИТ.

CNews: То есть подходы к работе с этими областями существенно отличаются?

В. Рахтеенко: Да, практики, инструменты и технологии работы с этими двумя областями совершенно разные. Но первым и главным принципом ИТ должна стать работа на реальные потребности бизнеса. Конечно, можно сказать, что все стремятся работать на задачи заказчика. Однако в области конкурентных преимуществ бизнес-потребности уникальны, они значительно отличаются от общерыночных, и в этом состоит ключевая сложность работы с ними. В проектах такого типа на первый план, особенно на начальных этапах, выходят различные коммуникационные технологии, направленные на создание общего понятийного поля между ключевыми участниками проекта.

Помимо этого, важную роль играет понимание перспективных трендов развития отраслей, гибкий подход к проектному управлению, умение работать с ИТ-решениями на полном жизненном цикле и целостное управление архитектурой предприятия.

CNews: Какие прогнозы можно сделать относительно развития рынка и какое место в нем, на ваш взгляд, займут бизнес-ценные ИТ?

В. Рахтеенко: Инфраструктурный сегмент рынка в достаточной степени насыщен, большинство компаний уже автоматизировали свою процессную деятельность на приемлемом уровне. А вот сегмент бизнес-ценных ИТ будет постепенно расти, особенно сейчас, в кризисных условиях, когда корпорации нуждаются в наращивании эффективности и реализации новых конкурентных преимуществ. Однако ИТ придется научиться делать проекты развития в разы более результативно, да еще и в условиях сокращающихся бюджетов. Сегодня наша компания разрабатывает и применяет технологии обеспечения полного жизненного цикла ИТ-решений и стратегического управления технологическими активами, которые дают значительный рост эффективности проектной деятельности при снижении совокупной стоимости владения ИТ-ландшафтом.

На поле выходит запасной состав (о ситуации на российском ИТ-рынке)

2015-11-27T09:51:45Z

KseniyaKirillova:

Максим Михалев, наш директор по развитию бизнеса, рассказал «Российской газете» о текущей ситуации на рынке ИТ-услуг в целом и в сегменте системной интеграции в частности. Какие изменения произошли на ИТ-рынке за последние несколько лет? Какие компании сегодня являются основными заказчиками на рынке системной интеграции? Какие направления развития этого сегмента являются наиболее перспективными? Об этом и многом другом — в материале «На поле выходит запасной состав» на сайте и в бумажной версии издания.

«Российская газета»: Какие изменения произошли за последний год в сегменте системной интеграции в России? Чувствуете ли вы спад рынка?

Максим Михалев: Чтобы понять текущее положение дел на рынке системной интеграции и рынке ИТ в целом, нужно посмотреть, что происходило с ними в последние годы. По данным Минэкономразвития, последний раз рынок показывал рост в 2012 году. Причем если посмотреть на структуру рынка, то можно увидеть, что больше половины его составляет сегмент оборудования (hardware), и рос в первую очередь именно он. Однако уже в 2013 году наблюдался 11 %-ный спад — это было связано с тем, что рынок достиг насыщения. К 2013 году обновление базовой инфраструктуры у крупных компаний закончилось, что и вызвало падение рынка. Если принять во внимание средний цикл обновления базовых инфраструктур, который обычно длится 5–7 лет, то до 2017–2019 годов этот сегмент будет держаться в основном за счет сопровождения существующих инфраструктур, а причин для его роста не наблюдается.

Может показаться странным, что в 2014 году рынок продолжил немного расти, несмотря на то, что достиг насыщения еще в 2013. Однако объяснение звучит просто — на фоне западных санкций, роста курсов валют и разворота в сторону импортозамещения большинство крупных компаний, особенно с государственным участием, активно продлевало лицензии на имеющееся ПО и дозакупало разнообразное оборудование «впрок», обоснованно опасаясь повышения цен. Отголосок этого частично можно было наблюдать и в первой половине 2015 года — завершение и учет многих сделок 2014 года из-за сложных корпоративных процедур произошли уже в новом 2015. По результатам 2016 года падение рынка неизбежно и , скорее всего, будет не менее 15-20 % в рублях.

Есть и хорошие новости. Конкуренция на массовых рынках будет усиливаться. При этом развитие технологий будет порождать новые инструменты ведения конкурентной борьбы. Чтобы не проиграть в будущем, компаниям нужно вкладываться в развитие этих технологий уже сейчас. Поэтому в ближайшие полгода-год все будут выжидать, наблюдать, осторожно нащупывать новые перспективные направления и, возможно, значительно пересматривать свои стратегические планы. Как только политическая и экономическая ситуации станут более предсказуемыми (не обязательно улучшатся, но станут понятными), сегмент ИТ, работающий на рыночные позиции и конкурентные преимущества заказчиков, начнет расти и в перспективе пяти-семи лет станет основным драйвером роста всей ИТ-отрасли.

«Российская газета»: Кто сегодня является основным заказчиком на рынке системной интеграции?

М. Михалев: Вероятно, в ближайшие годы основным заказчиком системной интеграции будут крупные госкомпании, так как ресурсы и масштабные проекты ожидаются только в этом сегменте. Рыночные компании, безусловно, тоже будут заказывать такие услуги, но более сфокусированно, в бизнес-областях, затрагивающих стратегические изменения или критически важных для сохранения рыночных позиций.

«Российская газета»: Какие вы видите наиболее перспективные направления развития этого сегмента? Какие проекты помогут отечественным интеграторам оставаться конкурентоспособными?

М. Михалев: Поскольку все виды кризисных явлений будут стимулировать компании бороться за клиентов и их лояльность, в первую очередь стоит ожидать увеличения спроса на ИТ-решения, повышающие уровень сервиса для конечных потребителей. Очевидно, что это будут не отдельные технологии и инструменты, такие как BI, CRM, Big Data, а комбинация разнообразных технологий, обеспечивающих эффективную реализацию новых бизнес-моделей для компаний и новое качество сервиса для их потребителей. Это могут быть решения, позволяющие собирать и анализировать данные о поведении каждого покупателя не только в точках продаж, но и за их пределами (в Интернете, в том числе в социальных сетях, с помощью различных носимых устройств). Они дадут возможность формировать максимально персонализированные предложения, включая цены, скидки, ассортимент товаров и прочие сервисные условия. К числу перспективных и востребованных также относятся решения, которые позволят увеличить число каналов взаимодействия с потребителями, одновременно стирая границы между этими каналами, — то, что сейчас называют термином omni-channel.

«Российская газета»: Как стоит выстраивать стратегию развития в сегменте системной-интеграции в условиях кризисной ситуации?

М. Михалев: Реалии, описанные выше, будут принципиально менять «лицо» ИТ-рынка, поскольку потребуют от ИТ не просто владения инструментами, а умения комбинировать различные технологии для создания решений, учитывающих индивидуальные особенности каждого конкретного заказчика ИТ-услуг. От ИТ-компаний потребуется другой уровень компетенций в сфере проектирования, знание не только предметной области клиента, но и тенденций ее развития, способность реализовывать проекты, обеспечивающие решение задач в рамках стратегии бизнеса.

Private PaaS: кто жмет на кнопку?

2015-11-18T12:25:00Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Роман Корешков, наш руководитель проектов, р…»

Роман Корешков, наш руководитель проектов, рассказал порталу @ASTERA об особенностях технологий Private Platform as a Servise. Какие преимущества бизнесу предоставляет использование PPaaS? Что важнее: использование нового инструментария или грамотное разделение ответственности между ИТ-подразделениями? Как внедрение этих технологий влияет на организацию ИТ-процессов? Ответы на эти и другие вопросы — в материале «Private PaaS: кто жмет на кнопку?» на сайте издания.

Все большее число корпораций начинает применять технологии Private Platform as a Service (платформа как услуга на собственных инфраструктурных мощностях). Их преимущества подробно описаны в океане маркетинговых материалов: детальный контроль стоимости, сокращение времени выхода приложений на рынок, больший коэффициент использования инфраструктуры и, соответственно, снижение инфраструктурной стоимости, унификация архитектуры предприятия и повышение продуктивности команд разработки.

Однако если не вникать в детали, можно легко возразить, что концептуально PPaaS — не более чем простая автоматизация инфраструктурных задач, таких как развертывание новой базы данных или обновление .jar-пакета в кластере серверов приложений. Как и любая другая автоматизация, она имеет значительную стоимость разработки и сопровождения. Более того, любой хороший администратор, для которого лень является базисом саморазвития, уже автоматизировал, насколько возможно, решение своих задач.

Так где же правда? По моему мнению, существенная ценность PPaaS заключается не столько в новых технологиях или инструментах, более близких к Agile, сколько в возможности изменить основные принципы системы разделения труда между ИТ-подразделениями корпорации. Обратное также верно: если корпорация не меняет принципы системы разделения труда в ИТ, то внедрение PPaaS не принесет ей ожидаемого эффекта.

Для пояснения этой мысли рассмотрим типичный крупный банк или любую другую крупную организацию, основными ценностями в которой обычно являются стабильность и надежность работы всех подразделений, в том числе и ИТ. Не вдаваясь в подробности, мы увидим, что в такой организации, как правило, явно выделены:

департамент инфраструктуры, ответственный за функционирование ИТ-инфраструктуры («железо», сети, программное обеспечение системного уровня, базы данных);
департамент приложений, ответственный за разработку и (или) покупку программного обеспечения и его функционирование.

Когда новому приложению требуется, к примеру, база данных, департамент приложений посылает запрос в департамент инфраструктуры о выделении места и развертывании этой базы данных. Далее процесс ее предоставления неизбежно включает в себя долгие этапы согласования между департаментами, ожидания, проверки, разрешения проблем неточной конфигурации или начальной спецификации. В конце концов через несколько дней (или, скорее, недель) департамент приложений получает запрашиваемую базу.

Кстати, а почему департамент приложений сам не разворачивает базу данных для своих нужд? Это связано с тем, что ответственность за работоспособность базы данных обычно лежит на департаменте инфраструктуры, поэтому лишь ему позволено разворачивать и конфигурировать базу данных, а также в дальнейшем мониторить, контролировать и поддерживать ее функционирование. Забегая вперед, отмечу, что именно эта, казалось бы, очевидная ситуация и должна быть изменена.

Теперь представим, что компания все-таки внедрила PPaaS, но ИТ-отдел продолжает работать по старым принципам разделения труда — «железо» отдельно, ПО отдельно. Тогда единственный эффект от внедрения будет заключаться в том, что для развертывания базы данных администратор департамента инфраструктуры нажмет на кнопку в консоли PPaaS, а не сделает это полуавтоматически инструментами вендора базы данных, как раньше. Это ли та ценность PPaaS, которую банк надеялся получить?

В действительности настоящая ценность незамедлительно явит себя, если поменять всего одно правило во всей этой социотехнической системе, а именно: изменить ответ на простой вопрос «Кто жмет на кнопку?». Все кардинально перестраивается, если контроль и ответственность за базу данных остаются за департаментом инфраструктуры, но право нажатия «кнопки», то есть развертывания базы данных в любое время, перемещается в департамент приложений.

Этот подход неизбежно предполагает, что ответственность за создание такой «кнопки» также накладывается на департамент инфраструктуры, поскольку специалисты этого департамента должны быть уверены, что все происходящее при нажатии на эту «кнопку» создаст ресурс (например, базу данных), который они немедленно смогут взять под свою ответственность.

Попробую формальнее пояснить, как меняется при этом система разделения труда в ИТ и, соответственно, ИТ-процессы в корпорации. Для этого необходимо ввести понятия, присущие любой PaaS:

класс ресурса — набор всех существующих или будущих ресурсов одной и той же природы, типа (это могут быть, например, базы данных PostgreSQL, экземпляры сервисов Memcached и др.);
вариация ресурса — набор диапазонов количественных и качественных характеристик, которые имеет или будет иметь ресурс определенного класса.

Одна вариация ресурса отличается от другой тем, что для создания каждой из них требуются индивидуальные технические решения. Так, для реализации вариаций «Размер базы данных до 1 Гб» и «Размер базы данных до 100 Тб» будут использоваться совершенно разные подходы. Качественные характеристики (например, уровни отказоустойчивости и катастрофоустойчивости) являются основой для соглашения об уровне предоставления услуги (SLA). Существенным является то, что должно быть согласовано ограниченное число вариаций, а развертывание нового ресурса конкретной вариации будет происходить в рамках заранее подготовленного для этого технического решения.

Когда потребитель ресурса, например, разработчик из департамента приложений, запрашивает ресурс, он указывает класс и вариацию требуемого ресурса. С приходом PPaaS ответственность поставщика ресурсов, то есть департамента инфраструктуры, за их развертывание и функционирование преобразуется в ответственность за целый класс ресурсов, а именно:

за гарантированную способность немедленно развернуть новый ресурс этого класса в одной из предопределенных вариаций (конечно, с учетом ограничений);
за функционирование уже развернутых ресурсов класса.

Это изменение ответственности и является ключевым изменением системы разделения труда в ИТ. Что касается преобразований в соответствующих ИТ-процессах, то можно отметить несколько ключевых отличий.

Для департамента приложений процесс по «выбиванию» ресурса, ранее включавший долгие этапы формирования спецификаций, согласования, размещения официального запроса, ожидания и проверки результатов, превращается в один шаг — запрос ресурса класса и его вариаций. При этом соответствующий административный процесс департамента приложений по предоставлению ресурса полностью исчезает, поскольку все действия автоматизированы.

Однако в обоих департаментах появляются новые административные процессы по введению в оборот новых классов и вариаций ресурсов. Этап согласования в этих процессах включает договоренности по скорости развертывания ресурсов указанной вариации, чтобы департамент инфраструктуры мог правильно планировать покупку необходимых инфраструктурных мощностей. При этом в процессах департамента инфраструктуры появляются шаги по разработке автоматизированных механизмов развертывания и интегрирования в общую инфраструктуру ресурсов каждой новой вариации (с обеспечением мониторинга, резервирования, контроля и т. д.).

Существенный факт, который часто упускается из виду поставщиками PaaS-решений: процессы департамента инфраструктуры должны включать активность по постоянной проверке способности немедленно развернуть новый ресурс любых классов и вариаций. По моему мнению, в качестве механизма гарантирования этой способности следует использовать постоянно повторяющиеся автотесты, которые занимаются развертыванием ресурсов и проверкой их функционирования. Создание этих автотестов является частью процесса разработки нового класса или вариации.

Среди преимуществ внедрения PPaaS часто упоминается, что данная технология повышает унификацию архитектуры предприятия на слое приложений и технологическом слое и в то же время предоставляет гибкость, достаточную для поддержки новых типов приложений. Увидеть причины этого позволяет понимание происходящих в ИТ-процессах изменений.

С одной стороны, разработчики будут стремиться строить свои приложения, используя как можно больше «стандартных» компонентов класса и вариаций ресурсов, так как это станет наиболее дешевым и быстрым способом получения готового приложения. При этом подходе разработчики также повторно используют лучшие практики и архитектурные шаблоны, в которых, например, уже решены вопросы безопасности и высокой доступности.

С другой стороны, в случае необходимости задействовать ресурсы нового класса или вариации предусмотрен соответствующий процесс (см. второй пункт в описании изменений процессов выше), который позволит им стать частью общей платформы.

Учет необходимых изменений в организации труда, которые приносит каждая новая технология, в том числе и PPaaS, и их соответствующее планирование позволят компании в полной мере воспользоваться всеми преимуществами этой технологии и повысят вероятность успеха проекта внедрения. Надеюсь, приведенные в статье мысли облегчат решение этих задач.

User Experience Russia 2011 (Отчет Стаса Фомина)

2015-10-29T16:50:30Z

StasFomin: Новая страница: «.»

Поиск и чтение унаследованного кода

2015-10-06T12:29:32Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Игорь Шаталкин, наш разработчик .NET, в корп…»

Игорь Шаталкин, наш разработчик .NET, в корпоративном блоге на «Хабрахабре» рассказал об особенностях поиска и чтения унаследованного кода. Почему умение искать и понимать код так важно для программиста? Какие существуют методы поиска и понимания исходников? Какими инструментами удобнее всего пользоваться при поиске и улучшении кода? Ответы на эти вопросы — в материале «Поиск и чтение унаследованного кода» на сайте.

Вася — молодой программист. Получив задачу и засучив рукава, он берется за написание кода. Уже через день решение задачи готово, Вася запускает его... И сталкивается с неожиданной досадной ошибкой. Вася старательно исправляет ее и повторно запускает решение. В результате — снова неприятная ошибка. Так Вася долго наступает на грабли, пару раз значительно переписывает программу, пока, наконец, через неделю задача окончательно не решена.

Петя — опытный программист. Получив постановку, он ищет, нет ли исходного кода, решавшего аналогичную задачу. Пару дней Петя проводит, читая материалы и разбираясь в чужих модулях, а на третий — запускает свое решение, основанное на уже существующем коде. В нем есть пара незначительных ошибок, которые удается быстро исправить. Ура! Все работает так, как нужно, уже на третий день.

Как найти нужный вам кусок исходного кода? Как его понять? А главное — зачем все это делать? В поиске ответов на эти вопросы добро пожаловать под кат.

Зрелый бизнес подходит к вопросам экономии и оптимизации стратегически

2015-10-01T11:38:01Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Сергей Ефанов, наш руководитель направления …»

Сергей Ефанов, наш руководитель направления «Банковские учетные системы», рассказал порталу CNews о текущей ситуации на рынке банковской автоматизации. Как изменились бюджеты на ИТ в связи с кризисом? Какие решения особенно востребованы рынком в условиях экономической нестабильности? Каким должен быть современный подход к выстраиванию учета? Об этом — в материале «Зрелый бизнес подходит к вопросам экономии и оптимизации стратегически» на сайте издания.

CNews: Сергей, как Вы оцениваете текущую ситуацию на рынке автоматизации? Как изменились бюджеты на ИТ в финансовом секторе в связи с кризисом?

Сергей Ефанов: Конечно, в кризисной ситуации некоторые компании избрали тактику механического сокращения расходов — секвестирования всех статей бюджета, в том числе и на ИТ. Данный подход имеет существенные ограничения. Во-первых, потенциал возможной экономии обычно не превышает нескольких процентов. Во-вторых, при таком сценарии достаточно высоки риски стагнации: потери или демотивации ключевого персонала, отставания от конкурентов и других явлений, негативные последствия которых сохранятся и после кризиса.

Зрелый же бизнес, к которому в большинстве своем относятся крупные финансовые организации, подходит к вопросам экономии и оптимизации стратегически: проводятся системные изменения, пересматриваются бизнес-процессы, система организации труда, используемые технологические платформы. Сегодня в ряде банков стартуют инфраструктурные проекты, эффект от которых распространится и на посткризисный период, обеспечивая экономию и конкурентные преимущества на среднесрочном временном горизонте.

Кроме того, есть организации, которые в кризис делают своей целью не просто сохранение места на высококонкурентном рынке, но и захват новых ниш. Очевидно, что сегодня это невозможно без высокого уровня технологического оснащения. Поэтому в кризисный период расходы на ИТ-проекты могут не только не уменьшаться, но даже расти: при грамотном подходе эти затраты компенсируются снижением других расходов банка — как операционных, так и капитальных.

CNews: Иными словами, в кризис ИТ должны стать не объектом сокращения расходов, а инструментом оптимизации и трансформации бизнеса. Можете ли Вы привести примеры проектов, которые реализуют такой подход?

С. Ефанов: Еще раз обращаю внимание на то, что к любым вопросам оптимизации следует подходить системно и автоматизация сама по себе не является панацеей. Однако сегодня любые изменения бизнес-процессов так или иначе замыкаются на ИТ — особенно это касается такой высокотехнологичной сферы, как банковская. ИТ видят изнутри сложные зависимости между бизнес-процессами организации, понимают, как они устроены, и могут помочь бизнесу их оптимизировать.

Еще десять лет назад одной из главных целей практически любой финансовой организации была экспансия, в том числе территориальная. Эффективность отходила на второй план, поскольку экономический эффект от развития филиальной сети покрывал расходы на ее содержание. Но сейчас, в условиях кризиса и падения рынка, эффективность бизнес-процессов становится ключевым вопросом.

Классическим примером такого инфраструктурного проекта, направленного на повышение эффективности, может служить оптимизация филиальной сети банка посредством централизации сервисов операционной, учетной или управленческой деятельности в головной организации. Централизация не только позволяет в сжатые сроки добиться существенной экономии благодаря сокращению расходов на инфраструктуру, но и повышает качество управления процессами и продуктовым рядом. Таким образом, это не кратковременная экономия, а стратегический проект, который обеспечивает структурную оптимизацию деятельности банка: повышает эффективность использования ресурсов, улучшает масштабируемость бизнеса, снижает банковские риски. Эффект от подобных проектов сохранится после окончания кризиса и даст организации новое качество управления.

CNews: Можно ли говорить об изменениях потребностей банковских заказчиков? Существуют ли различия в спросе со стороны розничного и корпоративного сегментов?

С. Ефанов: В целом для корпоративного сегмента банковского бизнеса сегодня характерно движение к увеличению комиссионных доходов в структуре прибыли: развитие новых услуг по управлению капиталом, сервисов расчетно-кассового обслуживания и других продуктов. Что касается розничного рынка, то здесь в приоритете мультиканальность и дистанционное обслуживание, а также обеспечение удобства интерфейсов и мобильность.

Повышение эффективности и борьба за клиентов — безусловно, ключевые задачи банков сегодня. Причем участники финансового рынка конкурируют не столько условиями предложений или продуктов, сколько технологичностью и уровнем сервиса. Конкурентная борьба осложняется еще и тем, что сегодня банкам приходится соперничать с сотовыми операторами, крупными ритейлерами и платежными системами интернет-корпораций — то есть с мобильными и высокотехнологичными компаниями.

Во многом именно этим вызвано пристальное внимание к изучению потребностей клиентов, выстраиванию эффективных с точки зрения прибыли связей между потребителями, каналами сбыта и новыми услугами. В подобных условиях банкам необходимо хранить, проверять и обрабатывать постоянно растущие объемы неструктурированных данных. Отсюда еще один тренд — повышенный интерес финансовых организаций к инструментам Big Data и аналитики.

CNews: Какие решения, на Ваш взгляд, особенно востребованы финансовым рынком в условиях экономической нестабильности?

С. Ефанов: В условиях кризиса растет уровень просроченной задолженности по кредитам физических и юридических лиц. По итогам первого полугодия задолженность физлиц уже достигла 7,5 %. Банк России прогнозирует дальнейшее ухудшение ситуации, и финансовые организации заинтересованы в эффективных инструментах для решения этой проблемы.

К числу таких можно отнести разработанную нашей компанией автоматизированную систему по работе с проблемной задолженностью. Она учитывает различные параметры кредитного продукта и критерии, по которым можно классифицировать должника: возраст, социальное положение, род деятельности. На основании этих данных происходит выбор методик и алгоритмов действий, направленных на работу с задолженностью и включающих различные шаги: общение с должником, проверку документов по залогу, формирование пакета документов для искового заявления, списание задолженности и т. д. Гибко настраиваемый инструментарий позволяет автоматизировать значительную часть работы — анализировать результаты деятельности по сбору задолженности, строить отчеты по ее погашению, оценивать и координировать работу сотрудников. Система легко интегрируется во внутренний ИТ-ландшафт банка, а также имеет доступ к информационным сервисам Национального бюро кредитных историй и Федеральной службы судебных приставов.

CNews: А какие тренды Вы можете отметить в своем сегменте банковской автоматизации? Каким должен быть современный учет?

С. Ефанов: Конечно, учет — очень консервативная сфера, но и в ней есть куда развиваться. На сегодняшний день банковские системы достаточно хорошо обеспечивают достоверность, полноту, своевременность и другие базовые требования к бухгалтерскому учету. Однако мы смотрим на данную область деятельности кредитной организации более целостно. На наш взгляд, высокого уровня прозрачности и значительного повышения качества контроля за финансовыми показателями можно добиться с помощью интеграции различных видов учета.

Разработанный нами учетно-аналитический кластер позволяет одновременно вести и сопоставлять несколько независимых видов учета — бухгалтерский, управленческий, налоговый, МСФО и другие — в рамках единой технологической платформы. Такой подход обеспечивает оптимизацию операционной деятельности и документооборота, значительно сокращая издержки банков, но главное — исключает дублирование первичных данных, что гарантирует непротиворечивость и высокий уровень достоверности различных видов учета. Кроме того, возможность гибко конфигурировать правила отражения события по сделке в различных видах учета и согласованно вносить коррективы в планы счетов позволяет оперативно реагировать на изменение правил РСБУ и внутренних регламентов организации.

CNews: Что ценного должны сегодня предложить ИТ-подрядчики, чтобы привлечь банковского клиента?

С. Ефанов: Каждый банк имеет свою стратегию и политику работы с ИТ, в том числе при выборе ИТ-подрядчика. Но можно выделить несколько общих принципов, которые оказывают существенное влияние на привлекательность ИТ-компании для банков. Прежде всего, в современном мире от ИТ требуется не только реализация задач автоматизации, но и выполнение роли технологизатора бизнес-процессов. Для этого ИТ-подразделение должно обладать достаточными компетенциями, чтобы принять бизнес-задачу и предложить эффективный путь ее решения. И здесь у внешнего подрядчика больше преимуществ, поскольку он может привнести рыночную экспертизу и предложить более широкий выбор технологий, основываясь на опыте реализации подобных проектов.

Кроме того, можно говорить о повышении интереса со стороны среднего и крупного бизнеса к выстраиванию долгосрочных партнерских отношений с независимыми ИТ-компаниями. С течением времени такие компании становятся не просто исполнителями, а внешним центром НИОКР, проектировщиками, свободными от обычной для корпораций бюрократии. Сотрудничество с ними позволяет банкам получить необходимую рыночную экспертизу в ИТ и доступ к широкому спектру технологий.

Те компании, которые смогут предоставлять услуги нового типа наряду с классическими сервисами ИТ-аутсорсинга и при этом сохранят приемлемую стоимость услуг, и будут наиболее востребованы на рынке банковской автоматизации.

Мультики в глазах клиента (о многоканальном банковском обслуживании)

2015-09-24T12:53:28Z

AlexandraVelyaninova:

На портале Bankir.Ru опубликованы экспертные комментарии руководителя IT-проектов Владимира Меркулова и аналитика Татьяны Васильевой, посвященные многоканальному банковскому обслуживанию. Почему многоканальность стала существенным конкурентным преимуществом, какие российские банки предоставляют лучшие сервисы ДБО и какие социальные аспекты влияют на развитие онлайн-банкинга в России — обо всем этом читайте в статье «Мультики в глазах клиента».

Татьяна Васильева: В условиях современного развития коммуникационных технологий многоканальность является если не одним из условий успешного функционирования банка, то по крайне мере существенным конкурентным преимуществом. Неудивительно, что банки со всей серьезностью подходят к развитию своих удаленных сервисов. Причем это относится как к гигантам рынка (таким как Сбербанк и Альфа-Банк), которым удаленные сервисы помогают удерживать имеющихся и приобретать новых клиентов, подкупая их удобством работы, широким спектром банковских услуг и возможностью не стоять в очередях в офисах, так и к менее крупным банкам, для которых удаленные сервисы могут быть основным способом обслуживания клиентов (как, например, у «Тинькофф Кредитные Системы»).

Наиболее популярным способом удаленного банковского обслуживания (не считая банкоматов и терминалов) являются онлайн-сервисы (на сайте банка или через приложение для смартфона/планшета).

Некоторые банки (Ситибанк, GE Money Bank, «Русский Стандарт») также предоставляют телефонные сервисы (автоматические или с оператором), позволяющие выполнять ограниченный набор операций: активацию и блокировку банковской карты, изменение PIN-кода, осуществление платежей и некоторые другие.

Существуют сервисы (например, у Сбербанка), позволяющие осуществлять платежи и переводы посредством SMS-сообщений. Это, пожалуй, самый быстрый и удобный способ пополнения баланса мобильного телефона: не нужно ни терминала оплаты, ни Интернета. И пользоваться услугой можно без смартфона или планшета — любой мобильный подойдет.

По удобству использования и широте спектра предоставляемых услуг телефонные сервисы уступают мобильным банкам и онлайн-сервисам. Последние развиваются наиболее стремительно.

Активно развивают и совершенствуют свои онлайн-сервисы и приложения такие банки, как Сбербанк, Альфа-Банк, «Авангард», Московский кредитный банк и др. Причем развитие включает как расширение функционала, так и улучшение эргономики интерфейсов.

На мой взгляд, одними из лучших онлайн-банков могут похвастаться Сбербанк («Сбербанк Онл@йн», несмотря на многочисленные нарекания в прошлом) и Альфа-Банк («Альфа-клик»). Оба предоставляют широчайший спектр услуг: осуществление платежей и переводов внутри банка и в другие банки, погашение кредитов, открытие и закрытие вкладов, интеграция с сервисами электронных денег (Яндекс.Деньги, у Альфа-Банка также WebMoney) и т. д. При этом данные услуги поддерживаются такими удобными функциональными дополнениями, как, например, возможность перевести деньги другому клиенту внутри банка, указав его номер телефона вместо реквизитов.

Интерфейс обоих онлайн-банков ориентирован на визуальное восприятие: хорошо структурированные разделы сайта, интуитивно понятные значки и изображения, которые, несомненно, выигрывают у «простыней» текста на экране.

Сервисы «Сбербанк Онл@йн» интегрированы с базами данных различных государственных фондов и структур, что существенно упрощает уплату штрафов ГИБДД и налогов и перечисление коммунальных платежей (подобные услуги также предоставляет Московский кредитный банк). Интеграция с ПФР позволяет осуществлять мониторинг пенсионных накоплений.

«Альфа-клик» также предоставляет удобные «функциональные бонусы», но уже в виде услуг страхования.

Среди новых функциональных возможностей «Сбербанк Онл@йн» — мониторинг расходов по счетам и их категоризация. Система сама определяет категорию платежа (мобильная связь, Интернет, «все для дома», одежда и т. д.) по реквизитам получателя и назначению платежа, причем с достаточно неплохой точностью. Может, и не самая важная функция онлайн-банка, зато, безусловно, любопытная и приятная.

Однако функционал управления банковскими картами в «Сбербанк Онл@йн» не так хорошо развит, как например, возможности управления вкладами: нельзя задать лимиты на снятие и перевод с карты (это позволяют онлайн-сервисы Альфа-Банка, «Авангарда», Московского кредитного банка) или привязать к карте другой текущий счет, например в валюте (такую опцию поддерживают Альфа-Банк и Ситибанк).

А в «Альфа-клик» была бы полезна возможность перевода денег с вклада на текущий счет.

Практически все онлайн-банки позволяют осуществлять денежные переводы, однако это не всегда просто и удобно. Большое количество реквизитов для заполнения требует от разработчиков повышенного внимания к эргономике интерфейса. Онлайн-сервисы некоторых банков (Альфа-Банк, Московский кредитный банк) используют для этого один экран: все реквизиты расположены друг под другом на длинной «простыне», которую приходится неоднократно прокручивать вверх-вниз, если при валидации были найдены ошибки, что довольно неудобно. «Сбербанк Онл@йн» для этих целей использует интерфейс типа «визард»: процесс ввода реквизитов разбит на несколько экранов, валидация происходит независимо на каждом из них. Таким образом, интерфейс не перегружен, однако такое представление ненаглядно — просмотреть сразу полный набор реквизитов нельзя. В этом смысле весьма удачным кажется решение, используемое в онлайн-сервисах банка «Авангард»: ввод реквизитов перевода осуществляется в интерфейсе, имитирующем печатную форму платежного документа: все реквизиты умещаются на одном экране и при этом сгруппированы в привычном для заполнения виде.

Теперь несколько слов о безопасности онлайн-сервисов. Защищенное соединение и продуманная система подтверждений операций делает использование онлайн-сервисов достаточно безопасным. Однако в погоне за безопасностью некоторые банки жертвуют функциональностью своих онлайн-сервисов. Так, некоторые банки для осуществления перевода или открытия вклада требуют подтверждения действия кодом с карты кодов подтверждений, получить которую можно только в офисе банка, что несколько снижает ценность данного функционала в онлайн-банке. Другой крайностью является подтверждение операции паролем от самого онлайн-банка или введение PIN-кода на сайте для активации онлайн-банка. Разумным компромиссом между безопасностью и удобством работы онлайн-сервисов видится подтверждение любых операций одноразовыми паролями, направляемыми SMS-сообщениями на номер телефона клиента (как это реализовано в «Сбербанк Онл@йн», «Альфа-клик» и многих других банках).

В заключение данного обзора стоит отметить, что по своему уровню функциональности онлайн-банки постепенно перерастают «виртуальные банковские офисы» и стремятся стать своеобразными системами управления денежными средствами клиента, позволяющими не только осуществлять банковские операции, но и предоставлять аналитические услуги и дополнительные сервисы: страхование, пенсионные накопления и т. д.

Владимир Меркулов: Системы ДБО современных банков пока крайне консервативны. Это касается как набора предоставляемых услуг, так и интерфейсов пользователя, и это является существенной преградой между банком и его удаленными клиентами.

Все современные популярные онлайн-сервисы имеют мощную социальную составляющую, которая в системах онлайн-банкинга отсутствует напрочь. Ни в одной системе ДБО вы не найдете вкладку «Мои друзья» или возможность сделать «перевод другу (маме/бабушке/сыну/племяннику)», крайне скудно представлена возможность участия в социальных мероприятиях (например, в благотворительных сборах), не говоря уже о возможности самостоятельно устраивать такие события.

Между тем именно социальный аспект онлайн-сервисов является сильнейшим фактором завоевания и удержания лояльной аудитории. Это возможность не просто предоставить пользователю сервис, а сделаться частью его жизни и вместе с ним синтезировать и предоставлять услуги, необходимые именно ему.

Нельзя также забывать и про фактор поколений: через несколько лет основную массу клиентов банков составят люди, выросшие в социальных сетях, и они просто не поймут и не примут банковские системы в их текущем виде. Они будут вызывать у них примерно такую же неприязнь, какую у нас сейчас вызывает заполнение кипы неудобных бланков и недельные ожидания. И в этих условиях вершину захватит тот, кто сумеет вовремя перестроить свое общение с онлайн-клиентами на современный лад.

Если перечислять интересные сервисы онлайн-банков, то у Московского кредитного банка есть возможность перевода денег одним кликом в фонд помощи детям-сиротам (в рамках проекта Отказники.ру), а Альфа-Банк позволяет осуществить платеж по шаблону с помощью одного SMS. «Авангард» предоставляет сервис покупки авиа- и ж/д билетов прямо внутри интернет-банка и абсолютно уникальную по уровню технологичности «фичу» — электронный перевод в валюте.

Любые правки этой статьи будут перезаписаны при следующем сеансе репликации. Если у вас есть серьезное замечание по тексту статьи, запишите его в раздел «discussion».

Репликация: База Знаний «Заказных Информ Систем» → «Мультики в глазах клиента (о многоканальном банковском обслуживании)»

ИТ-рынок: обвала пока нет

2015-09-21T14:34:03Z

KseniyaKirillova:

Максим Михалев, наш директор по развитию бизнеса, рассказал журналу «Эксперт» о влиянии кризиса на состояние российского рынка ИТ. Как экономическая нестабильность и инфраструктурное насыщение влияют на объемы рынка? Какие рыночные сегменты являются наиболее перспективными на сегодняшний день? Как меняется спрос на западные технологии в связи с процессом импортозамещения? Об этом — в материале «ИТ-рынок: обвала пока нет» на сайте и в бумажной версии издания.

«Эксперт»: Как повлияет экономический кризис на российский ИТ-рынок в этом году? Насколько упадут объемы? Сокращаются ли ИТ-бюджеты? На какие решения и продукты падает спрос, а на какие — растет? Наиболее перспективные сегменты?

Максим Михалев: Все ИТ можно разделить на два крупных сегмента: инфраструктурные — поддерживающие деятельность компаний, но не определяющие их «лицо» (сети, ЦОДы, базовое ПО и т. д.), и структурные — обеспечивающие работу ключевых процессов, которые предоставляют бизнесу конкурентные преимущества. Последние 15–20 лет основным драйвером развития ИТ-отрасли был инфраструктурный сегмент: покупались и внедрялись ERP-системы, строились ЦОДы, модернизировалась аппаратная инфраструктура. Иными словами, активно закладывался ИТ-фундамент компаний. А поскольку для полноценной поддержки работы основных структур инфраструктура должна быть избыточной (дороги перестают быть транспортной инфраструктурой, когда они парализованы пробками, — для ИТ-инфраструктуры работает тот же принцип), объемы и потенциал роста были действительно огромными. Сегмент ИТ, нацеленный на обеспечение конкурентных преимуществ, тоже рос, особенно в отраслях, работающих с большими объемами и потоками данных (таких как финансовая сфера, ритейл и телеком), однако его доля была существенно меньше инфраструктурной.

В последние годы аналитики констатируют снижение темпов роста ИТ-рынка в России, а некоторые даже говорят о его сокращении. Все дело в насыщении инфраструктурного сегмента. Инфраструктура компаний достигла избыточного состояния, и ее наращивание постепенно замедляется. Единственным существенным двигателем этого сегмента в дальнейшем будет смена технологических платформ, но такой динамики роста, как в начале 2000-х, ожидать не стоит.

Перед тем как дать характеристику текущему состоянию российской ИТ-отрасли, нужно выделить ряд факторов, оказывающих на него существенное влияние. Сегодня отрасль находится под воздействием трех кризисов: политического (вызванного текущей внешнеполитической ситуацией), долгового (связанного с увеличением разрыва между темпами роста совокупного долга и совокупного производства) и глобального структурного (возникающего на стыке различных технологических укладов).

В ближайший год на фоне неопределенности и сокращения деловой активности, вызванных первыми двумя кризисами, компании продолжат заниматься оптимизацией своих расходов, в том числе на ИТ. Как правило, в годы активного роста любая организация «накапливает» 5–15 % неэффективности, которая относительно легко сокращается без масштабных изменений. В первую очередь это касается ИТ-инфраструктуры. Можно предположить, что в 2015–2016 гг. этот сегмент ИТ-рынка уменьшится приблизительно на эквивалентную долю.

С сегментом, работающим на развитие и конкурентные преимущества, все сложнее. С одной стороны, неопределенность и оптимизационные процессы будут влиять и на структурную часть ИТ-рынка. С другой — ни одна здравомыслящая компания, находящаяся в конкурентной среде, не станет экономить на будущем. Тренды, определяемые сменой технологического и экономического укладов (нанотехнологии, биотехнологии, миниатюризация производств, персонализация и т. д.), будут порождать новые технологии ведения конкурентной борьбы. Чтобы не проиграть в будущем, компаниям нужно вкладываться в развитие этих технологий уже сейчас. Поэтому в ближайшие полгода-год все будут выжидать, наблюдать, осторожно нащупывать новые перспективные направления и, возможно, значительно пересматривать свои стратегические планы. Таким образом, в компаниях продолжат разрабатываться проекты развития, а сокращения затрат на уже запущенные проекты, обеспечивающие работу ключевых процессов, не произойдет. Как только политическая и экономическая ситуации станут более предсказуемыми (не обязательно улучшатся, но станут понятными), этот сегмент ИТ, работающий на рыночные позиции клиентов, начнет расти и в перспективе пяти — семи лет станет основным драйвером роста всей ИТ-отрасли.

Поскольку все виды кризисных явлений будут стимулировать компании бороться за клиентов и их лояльность, в первую очередь стоит ожидать увеличения спроса на решения, повышающие уровень сервиса для конечных потребителей. Очевидно, что это будут не отдельные технологии и инструменты, такие как BI, CRM, Big Data, а комбинация разнообразных технологий, обеспечивающих эффективную реализацию новых бизнес-моделей для компаний и новое качество сервиса для их потребителей. Это могут быть решения, позволяющие собирать и анализировать данные о поведении каждого покупателя не только в точках продаж, но и за их пределами (в Интернете, в том числе в социальных сетях, с помощью различных носимых устройств). Они дадут возможность формировать максимально персонализированные предложения, включая цены, скидки, ассортимент товаров и прочие сервисные условия. Или же решения, которые позволят увеличить число каналов взаимодействия с потребителями, одновременно стирая границы между этими каналами (то, что сейчас называют термином omni-channel).

Все это будет принципиально менять «лицо» ИТ-рынка, поскольку потребует от ИТ не просто владения инструментами, а умения комбинировать различные технологии для создания решения, учитывающего все особенности (и конкурентные преимущества) каждого конкретного клиента. От ИТ-компаний потребуется другой уровень компетенций в сфере проектирования, знание не только предметной области клиента, но и тенденций ее развития, способность реализовывать проекты, обеспечивающие решение задач в рамках стратегии бизнеса.

«Эксперт»: Импортозамещение и иностранные вендоры в нынешних условиях — есть ли изменения спроса, противостояние и пр.?

М. Михалев: Основная причина возникновения процесса импортозамещения лежит в политической плоскости. Однако существенная часть ИТ-рынка в момент принятия решения об импортозамещении уже была насыщена, причем в основном западными технологиями. Значительная часть этих инструментов обеспечивает работу ИТ-инфраструктуры, то есть фундамента любой компании, и для многих из них серьезных альтернатив пока, к сожалению, нет. Но даже при наличии альтернативы смена одной технологической платформы на другую — сложный и дорогой проект, который на фоне кризисов никто не будет начинать добровольно.

Гораздо более перспективными для российских технологий представляются актуальные на сегодняшний день проекты развития бизнеса, поскольку в этом сегменте на выбор технологий будет влиять не страна-производитель, а способность создавать бизнес-ценность. Глобально же серьезного крена в сторону российских технологий не будет еще минимум лет пять — семь.

«Эксперт»: Как Ваша компания ощущает кризис на себе? Меняется ли стратегия, продукты и пр.?

М. Михалев: Наша компания специализируется на создании решений, обеспечивающих развитие ключевых процессов наших клиентов. Мы работаем в том сегменте ИТ-рынка, который никогда не отличался масштабностью, не рос так бурно, как инфраструктурный, но в силу своей специфики всегда был менее подвержен влиянию кризисов. Ведь давно известно, что кризис — подходящее время, чтобы подумать о развитии. В этом всегда и заключалась существенная часть нашей стратегии, отступать от которой мы не планируем. Напротив, мы стремимся расширить спектр задач, которые наша компания готова решать для клиентов.

Однако будет лукавством сказать, что на нашем небе сейчас совсем безоблачно. Основными негативными проявлениями текущего кризиса для нас являются неопределенность и необходимость выжидать, о которых говорилось выше. Работы по уже начатым проектам не прекращаются, но новых появляется гораздо меньше. Клиенты вынуждены уже сейчас принимать решения о шагах развития, эффект которых будет заметен лишь через несколько лет. В условиях существующей на рынках турбулентности этот процесс требует очень взвешенного подхода.

Тем не менее с течением времени и по мере снижения неопределенности мы ожидаем увеличения спроса на масштабные проекты по преобразованию ключевых процессов (мы называем их проектами развития) и планируем стать весомым игроком в данном сегменте.

Импортозамещение: СУБД PostgreSQL

2015-09-21T12:33:49Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Вячеслав Муравлев, наш ведущий разраб…»

Вячеслав Муравлев, наш ведущий разработчик, рассказал журналу PC Magazine о специфике миграции ИТ-системы с СУБД Oracle на PostgreSQL. Как организовать работу с данными для облегчения процесса миграции? В чем преимущество использования автоматических тестов? И как оптимизация функционала влияет на производительность и нагрузку новой СУБД? Об этом — в материале «Импортозамещение: СУБД PostgreSQL» на сайте и в бумажной версии издания.

Я изложу взгляд на переход на новую СУБД с позиции разработчика ИТ-систем.

Первое, что хочется отметить, — очень многое зависит от самой ИТ-системы и того окружения, в котором она работает. Какова продолжительность жизненного цикла системы, численный и качественный состав команды разработчиков, интенсивность доработки, сроки перехода, политика предприятия в отношении вывода текущей СУБД из эксплуатации, бюджет проекта — эти (и, возможно, не только эти) условия будут влиять на принимаемые в ходе миграции решения. Все дальнейшие умозаключения и рекомендации следует соотносить с ответами на эти вопросы.

Первый шаг миграции — это проведение аудита ИТ-системы для ответа на следующие вопросы.

Каким образом она работает с данными?
Есть ли автоматические тесты — модульные и функциональные?
Есть ли бизнес-логика в хранимых процедурах, триггерах?
Используются ли специфические компоненты СУБД (например, Oracle AQ)?
Каковы требования к производительности и нагрузке? Насколько возможно отклонение от текущих показателей?

Далее рассмотрим возможные варианты ответов на эти вопросы.

Мобильное приложение в помощь

2015-09-15T13:06:53Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Максим Трегубов, наш ведущий системный а…»

Максим Трегубов, наш ведущий системный администратор, рассказал газете «Ведомости» о полезных с социальной точки зрения мобильных приложениях. Какие приложения могут помочь в экстренной ситуации? Какие возможности по диагностике и предупреждению заболеваний мобильные устройства могут предоставить медицинским институтам? Какие приложения призваны облегчить работу с государственными услугами? Об этом — в материале «Мобильное приложение в помощь» на сайте и в бумажной версии издания.

Среди мобильных приложений, которые выполняют общественно значимую, социально полезную функцию, можно отметить следующие: «Мобильный спасатель» от МЧС, «Госуслуги» или «Активный гражданин». Они облегчают повседневные заботы, делают более доступными услуги государственных служб: звонок в службу спасения нажатием одной кнопки, оплату штрафа, получение информации о налогах или состоянии счета в Пенсионном фонде.

Организаторы проекта «Активный гражданин» предлагают жителям Москвы участвовать в голосованиях и опросах на социально значимые темы (общественный транспорт, детские площадки, городские парки, пляжи и т. д.), помогать столичному руководству благоустраивать город и зарабатывать баллы, которые впоследствии можно обменять на услуги городских органов власти, например, на парковочные часы в центре столицы.

Социально значимым можно назвать такой сервис компании «Яндекс», как «Яндекс. Пробки», который сегодня позволяет узнать не только текущую дорожную ситуацию, но и краткосрочный прогноз пробок в городе, а также имеет базу статистических данных. В Московском регионе даже проводились эксперименты по настройке светофоров с помощью «Яндекс. Пробок», что подтверждает общественную значимость и перспективность этой технологии.

Многие приложения ориентированы на традиционно важные социальные темы, такие как образование или здоровье. Большую популярность имеют образовательные мобильные приложения: Duolingo, предназначенное для обучения и проверки уровня знания иностранных языков, или Coursera, дающее доступ к обучающим курсам на различную тематику в западных университетах.

Различные приложения типа Apple Health от Apple следят за двигательной активностью, сном, весом, питанием и другими параметрами жизнедеятельности человека и, по сути, создают его медицинскую карту с полной картиной физического состояния, причем в динамике. Такая статистика в будущем способна помочь медицинским институтам в изучении и предупреждении различных болезней, а лечащие врачи могли бы использовать эти данные для ранней диагностики возможных заболеваний и разработки профилактических рекомендаций.

Если говорить о том, каких социально значимых приложений в настоящий момент не хватает, то можно предположить, что во многих регионах мира были бы востребованы мобильные приложения, оповещающие о локальных чрезвычайных ситуациях. Кроме того, для русскоговорящей аудитории пока не разработан полноценный персональный электронный помощник с голосовым управлением типа Siri или S-Voice, которые могут сохранять календари и напоминания, рекомендовать рестораны или фильмы, по голосу записывать текст для социальных сетей и многое другое.

Data Access Layer как инструмент управления хранением данных

2015-09-02T13:10:35Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Вячеслав Муравлев, наш ведущий разработч…»

Вячеслав Муравлев, наш ведущий разработчик, рассказал об архитектурном шаблоне Data Access Layer в посте для корпоративного блога на «Хабрахабре». Какие предпосылки привели к возникновению концепции DAL? В чем заключается специфика данного шаблона? Каких принципов стоит придерживаться при проектировании DAL? Об этом — в материале «Data Access Layer как инструмент управления хранением данных» на сайте.

При проектировании полного жизненного цикла Enterprise-приложений большое значение приобретает вопрос организации их доступа к данным. Тому есть ряд причин:

ценовые или иные политики поставщиков хранилищ данных регулярно меняются, но предприятия, использующие данные хранилища, не всегда согласны с этими изменениями;
с ростом самого предприятия и масштабов его ИТ-инфраструктуры существующие решения по хранению данных могут перестать удовлетворять его потребностям или финансовым возможностям;
технологии хранения данных развиваются, появляются новые средства, предназначенные для решения специализированных задач;
в рамках проектов Open Source вырастают дешевые или даже бесплатные альтернативы дорогим коммерческим решениям.

Все это может привести к тому, что в какой-то момент предприятие захочет (или будет вынуждено) сменить технологию хранения данных либо начать использовать новые технологии одновременно с текущими. Однако если при проектировании автоматизированных систем их бизнес-логика не была отделена от работы с хранилищами данных, то смена инструмента хранения может привести к дорогостоящей и плохо управляемой миграции.

Проблему разделения бизнес-логики и работы с данными на уровне отдельного приложения решает широко известный и не раз описанный на «Хабрахабре» архитектурный шаблон Data Access Layer (DAL). Для того, чтобы этот шаблон можно было масштабировать до уровня всего предприятия, необходимо дополнить его рядом архитектурных принципов, которые рассматриваются в данной статье. Следование этим принципам позволит предприятию осуществлять контролируемую (управляемую) замену или добавлять технологии хранения данных в свою архитектуру ИТ.

Главные тенденции рынка ERP-систем (Россия)

2015-08-24T13:38:18Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Наши специалисты — Елена Старынина, биз…»

Наши специалисты — Елена Старынина, бизнес-аналитик направления «Торговые сети», и Даниил Вълчев, консультант-аналитик, — поделились с порталом TAdviser экспертным мнением о текущих трендах на рынке ERP-систем. Какие тенденции в развитии систем ERP наблюдались в течение последних двух лет? Насколько активно применяется концепция импортозамещения в российских компаниях? В каких отраслях наиболее востребованы иностранные системы? Об этом — в материале «Главные тенденции рынка ERP-систем (Россия)» на сайте издания.

TAdviser: Какие тенденции в развитии рынка ERP-систем вы наблюдали в 2014–2015 годах?

Елена Старынина: Рынок ERP-систем в ситуации общего кризиса в ИТ-отрасли выглядит относительно стабильно: в некотором смысле масштаб ERP-систем обязывает к стабильности, поскольку после старта такого рода проектов крайне убыточно их бросать. В конце 2014 и в 2015 году появилась тенденция к «доосвоению» возможностей ERP-систем. Концентрация на экономии, стремление к повышению эффективности бизнеса в сочетании с желанием получить максимально возможный эффект от потраченных денег стали двигателем довнедрения. ERP-системам в некотором смысле повезло — они всегда рассматривались в качестве инвестиций в ИТ, но довольно долго игроки на рынке ограничивались лишь частичным внедрением отдельных контуров, а использование функциональных возможностей было неполным. На фоне кризиса руководство компаний и бизнес сильно увеличили давление на ИТ-подразделения (а те, в свою очередь, на подрядчиков) и начали «выжимать» все возможное из инвестиций, вложенных в том числе и в ERP-системы. В ситуации, когда необходимость покупки любой новой ИТ-системы рассматривается «под микроскопом», неиспользованные возможности существующих систем осваиваются с большей охотой, их донастраивают для получения дополнительного функционала. Такие «дожимания» внедрений не являются новыми проектами и зачастую существенно не увеличивают доходы ИТ-компаний.

TAdviser: Повлияли ли на рынок ERP призывы российского руководства к импортозамещению?

Е. Старынина: Государственные компании и компании с государственным участием начали заниматься импортозамещением, но это пока не коснулось систем ERP: в связи с урезанием ИТ-бюджетов импортозамещение началось с небольших ИТ-систем. Среди частных компаний импортозамещение так и не приобрело гигантских масштабов, несмотря на прогнозы. Мелкие компании и ранее с трудом могли позволить себе импортные ERP-решения, а крупные компании, которые уже начали проекты по внедрению импортных систем, не торопятся от них отказаться. Многими были внесены корректировки в стратегические планы: если ранее в них была включена покупка импортной системы, то ее, скорее всего, отложили. А в 2015 году шум по поводу импортозамещения улегся. Крупные компании с различной степенью детальности и въедливости подготовили возможные сценарии импортозамещения, внимательно осмотрелись на российском рынке, отметив, с кем будут сотрудничать при необходимости, и остановились в задумчивости и ожидании бюджета.

TAdviser: Как сказалось на рынке ERP падение курса рубля?

Е. Старынина: На рынок импортных ИТ-систем, в особенности таких крупных, как ERP, падение курса рубля всегда влияет негативно, если не рассматривать вопрос повышения конкурентоспособности российских производителей. Возросшая стоимость владения импортной ERP-системой (которая и так была высокой) для небольших компаний привела к тому, что в кулуарных обсуждениях все большую популярность набирает мнение «1С — наше все». Для крупных же компаний импортозамещение проявляется пока в основном в очень пристальном внимании к возможностям российской заказной разработки. Впрочем, убежденности в полнофункциональности российских ERP-систем пока нет. Именно поэтому дальше пристального внимания дело так и не пошло, поскольку даже проект внедрения готовой ERP-системы, не говоря уже о ее заказной разработке, — это стратегический долгосрочный инвестиционный проект, а компании сейчас массово утверждают, что им не до стратегии, и концентрируются на краткосрочной и среднесрочной перспективе.

TAdviser: Какие тенденции в развитии рынка ERP-систем вы наблюдали в 2014–2015 годах?

Даниил Вълчев: В 2015 году такие часто обсуждаемые технологии, как облачные сервисы, Big Data и Интернет вещей, наконец стали приобретать конкретную форму в ERP-системах.

Так, одной из тенденций является использование гибридного облачного подхода, то есть сочетание облачных сервисов от вендоров с внутренними облачными сервисами. Кроме того, аналитики отмечают усиление влияния концепций Интернета вещей и Big Data на расширение функционала ERP-систем. В частности, ERP-системы компаний, занимающихся ремонтом различной техники (от бытовой до промышленной), могут получать информацию о поломках или необходимости технического обслуживания через облачные ERP-приложения без участия человека. Также в ERP-системы все чаще внедряются эффективные инструменты по работе с Big Data, позволяющие получать качественную аналитическую информацию, на основании которой можно принимать бизнес-решения. Они помогают продуктивнее использовать данные, которые раньше упускались из поля зрения (например, из-за сложности их сбора и обработки), и анализировать новые каналы для получения информации.

Клиенты, которые находятся в процессе выбора ERP-систем, начали больше внимания уделять изучению предлагаемых сервисов. Они стали лучше понимать, что им нужно, как ERP может помочь их бизнесу в долгосрочной перспективе. В подобной ситуации поставщикам приходится не только демонстрировать возможности предлагаемых ERP-систем, но и проявлять персональный подход к каждому заказчику.

С ростом популярности красивых и удобных интерфейсов, которые можно настроить под себя в сервисах B2C, также устойчиво растет потребность в подобных интерфейсах и для бизнес-пользователей. Несмотря на всю сложность ERP-систем, клиент хочет видеть простой и понятный в использовании интерфейс. Учитывая высокую стоимость ERP-систем для заказчика и высокую конкуренцию, поставщики начинают улучшение предлагаемых продуктов и услуг с изменения интерфейсов.

Заказчиков интересует и более глубокая интеграция ERP-систем с другими системами. Она позволяет достичь максимально продуктивного взаимодействия между функциональными подразделениями, в связи с чем потребность в гибкости ERP-систем постоянно растет.

Также в сегменте малого и среднего бизнеса продолжает набирать популярность тенденция к использованию открытого ПО для создания на его базе систем ERP. Например, такое решение подходит для технологических стартапов, которые обладают штатом высококлассных специалистов, способных самостоятельно спроектировать систему и описать все бизнес-требования, а затем внедрить ее в растущей компании.

Кроме того, поставщики ERP-систем развивают мобильные и веб-сервисы. Бизнес-пользователям требуется возможность обращаться к актуальной информации не только в офисе: они хотят иметь доступ к различным отчетам и видеть уровень выполнения ключевых показателей не только с корпоративного ноутбука, но и с мобильного телефона или планшета в дороге, на переговорах или конференциях.

Все это на сегодняшний день касается не олько масштабных компаний. Так как рынок ERP-систем для среднего и крупного бизнеса уже достаточно насыщен, появляется все больше предложений по внедрению ERP-систем для малого бизнеса. Не только крупным корпорациям нужно отслеживать тонко настроенные бизнес-процессы.

TAdviser: Повлияли ли на рынок ERP призывы российского руководства к импортозамещению?

Д. Вълчев: Еще рано говорить о реализации импортозамещения на рынке ERP-систем, поскольку многие проекты по их внедрению начались до активного обсуждения этого вопроса в конце 2014 года. А старт новых проектов в нестабильных экономических условиях может откладываться до нормализации ситуации, что особенно характерно для малого и среднего бизнеса.

TAdviser: Как сказалось на рынке ERP падение курса рубля?

Д. Вълчев: По некоторым данным, в прошлом году рынок ERP просел на 10 % в долларовом выражении. Это объясняется сокращением объема инвестиций и в новые долгосрочные ИТ-проекты, и в развитие уже внедренных систем. В условиях кризиса малый и средний бизнес мыслит краткосрочными периодами и вкладывается в то, что принесет прибыль в скором времени. Кроме того, падение курса рубля стимулирует клиентов покупать отечественные разработки.

TAdviser: В каких отраслях иностранные системы занимают доминирующее положение?

Д. Вълчев: Поставщики ERP-систем часто предлагают отраслевые решения, чтобы отвечать на конкретные запросы клиента. На данный момент иностранные системы занимают доминирующее положение в телекоме, страховании и консалтинге.

TAdviser: По вашим наблюдениям, насколько в России популярны облачные ERP-системы и мобильный функционал ERP?

Д. Вълчев: Клиенты демонстрируют заинтересованность в облачных ERP-системах, однако к внедрению, которое сопряжено со значительными расходами, готовы только компании, которые впервые устанавливают систему, или те, для которых пришло время обновления существующей версии. Замена на облачную альтернативу недавно внедренной системы не является оправданной. В течение некоторого времени это будет своего рода тормозом для развития сегмента облачных ERP-систем.

Мобильный функционал быстро набирает популярность, возможно, потому, что зачастую ключевые лица компании видят удобство в доступе к системам с мобильных устройств, и одобрение расходов на внедрение таких возможностей проходит быстрее.

Принципами работы ИТ должны стать проактивность и понимание долгосрочных целей бизнеса

2015-08-21T10:26:04Z

KseniyaKirillova:

Александр Габидулин, заместитель генерального директора по ИТ-инфраструктуре, в интервью для портала @ASTERA рассказал о ситуации на рынке ИТ в период экономической нестабильности, а также поделился мнением об эффективном управлении ИТ-инфраструктурой. Как изменились бюджеты на ИТ в условиях кризиса? Каким образом компании могут оптимизировать ИТ-расходы? В чем особенности и преимущества сервисной модели управления ИТ-инфраструктурой? Об этом — в материале «Принципами работы ИТ должны стать проактивность и понимание долгосрочных целей бизнеса» на сайте канала.

@ASTERA: Каковы последствия кризиса для ИТ-рынка? Как Вы оцениваете текущую ситуацию?

Александр Габидулин: Одно из важнейших последствий кризиса — осознание ощутимой технологической зависимости от западных поставщиков. Российская ИТ-отрасль столкнулась с ограничением или даже угрозой прекращения доступа ко многим привычным для нее технологиям. Это стало импульсом если не к оперативной смене технологического портфеля, то как минимум к тщательному изучению альтернатив и новых рынков, проработке запасных вариантов.

Сегодня даже крупные корпорации занимаются изучением возможностей Open Source Software и проводят пилотные проекты по переходу на альтернативные операционные системы и СУБД, такие как Astra Linux и PostgreSQL. Расширяется влияние азиатских поставщиков Inspur, Lenovo, Fujitsu и Huawei. Кроме того, из-за роста курса валют компании столкнулись со значительным увеличением закупочной стоимости ИТ-оборудования, в связи с чем некоторые из них были вынуждены перейти от сотрудничества с традиционными лидерами отрасли к работе с производителями более экономичного оборудования: например, в области хранения данных такими являются Xyratex, NETGEAR, QNAP или Dot Hill. Возрос интерес и к разработкам российских компаний, среди которых «Эльбрус», «Байкал Электроникс», «БАУМ», Rikor, «Русьтелетех». На рынке уже давно существуют отечественные операционные системы семейств Astra Linux и ROSA, причем многие продукты этих линеек сертифицированы для работы в госорганах. Тем не менее во многих сегментах — например, в базовом ПО — полноценных аналогов и равномощных альтернатив пока нет. Да и в целом бизнес до сих пор ожидает, что ситуация стабилизируется и вернется к докризисному состоянию, поэтому не делает резких шагов по переходу на альтернативные технологии.

@ASTERA: Изменились ли ИТ-бюджеты в российских компаниях? Как можно оптимизировать расходы на ИТ и каковы, по Вашему мнению, принципы эффективного управления ИТ-инфраструктурой?

А. Габидулин: Конечно, в сложной экономической обстановке компании стараются оптимизировать расходы, в том числе и бюджеты на автоматизацию и техническое обеспечение. Сокращение ИТ-бюджетов в отдельных отраслях составило до 30 %. В основном оптимизация выразилась в сокращении доли непрофильных проектов, увеличении цикла жизни технического оснащения, переводе «боевого» оборудования в тестовую эксплуатацию вместо приобретения для этих целей нового «железа». В ряде случаев произошел отказ от внешней технической поддержки с переводом этого функционала внутрь организаций. В то же время многие компании заявили о сокращении расходов за счет вывода некоторых функций на аутсорсинг. Но все это — исключительно операционные меры.

Стратегическим принципом эффективного управления ИТ, на мой взгляд, должно стать постоянное сопоставление текущего состояния автоматизации и ИТ-инфраструктуры с существующими задачами и требованиями бизнеса. ИТ-департаменты должны непрерывно синхронизировать свое развитие с целями и перспективами бизнеса, понимать, каким образом и в каких проектах будет использоваться ИТ-инфраструктура в ближайшем будущем, и в проактивном режиме предоставлять необходимый инструментарий. Важность тесной коммуникации особенно подчеркивает тот факт, что ИТ, по нашим наблюдениям, в ряде ситуаций становятся сдерживающим фактором для бизнеса.

@ASTERA: Какие технологические или иные тенденции Вы бы отметили сейчас на рынке?

А. Габидулин: Для рынка по-прежнему актуален переход компаний на сервисную модель управления ИТ-инфраструктурой. Этот подход позволяет сделать ИТ более гибкими, эффективными и понятными для бизнеса. Изучение и типизация регулярных запросов пользователей позволяют создать перечень актуальных для компании ИТ-сервисов, а единообразная отработка похожих запросов, в свою очередь, способствует снижению стоимости услуг. Применение сервисного подхода обеспечивает надежность и прозрачность ИТ-инфраструктуры, а также создает условия для оперативного масштабирования в случае возникновения новых проектов или задач.

Кроме того, продолжает расти интерес к таким технологиям, как Big Data, BI, Fast Data, Cloud (PaaS), открывающим новые возможности для бизнеса. Однако их внедрение в компаниях требует от ИТ-специалистов не только новой глубокой экспертизы, но и изменения традиционной для современных ИТ системы разделения труда. Жесткая организационная структура крупных корпораций часто не приспособлена к эффективной работе с такого рода «пронизывающими» технологиями, существующими на стыке разных архитектур: информационной архитектуры, архитектуры приложений, ИТ-инфраструктуры.

В связи с этим для реализации подобных комплексных проектов, направленных на развитие бизнеса, компании привлекают внешнюю экспертизу и компетенции, причем в последние годы мы наблюдаем изменение в форматах кооперации заказчиков и подрядчиков на ИТ-рынке. Сложность выполняемых проектов, для реализации которых необходимы целостный системный взгляд на задачу, использование методик совместного проектирования, взаимное обогащение знаниями и экспертизой, требует от участников рынка перехода от работы по разовым проектам с жесткими ТЗ к формату долгосрочного технологического партнерства с конкретными ИТ-компаниями.

@ASTERA: Каковы ближайшие планы Вашей компании и Вашего подразделения?

А. Габидулин: Услуга нашей компании заключается в проектировании, разработке и развитии масштабных информационных систем для решения критически важных бизнес-задач крупных корпораций. Инфраструктурное подразделение работает одновременно на внутреннего заказчика и на внешних клиентов: мы отвечаем за функционирование и развитие внутренней ИТ-инфраструктуры компании и в то же время обеспечиваем технологическую базу для реализации проектов наших клиентов — крупных финансовых, торговых и государственных компаний.

Именно поэтому мы постоянно ведем работу в двух направлениях: с одной стороны, традиционно уделяем существенное внимание вопросам надежности, безопасности и бесперебойной работы собственной ИТ-инфраструктуры. С другой стороны, создаем возможности для гибкого и оперативного технологического оснащения самых разных проектов, например, быстрого развертывания тестовых сред или инфраструктуры для пилотных проектов.

Кроме того, сегодня при проектировании и разработке систем автоматизации важно не только обеспечить клиента самыми перспективными и надежными технологиями, но и предложить ему грамотные проектные и организационные форматы совместной работы, которые гарантируют максимально эффективное внедрение и эксплуатацию наших ИТ-решений — естественно, при обеспечении адекватной стоимости владения инфраструктурой. В этих направлениях мы и планируем совершенствоваться дальше.

Рыночные IT-продукты зачастую не способны поддержать развитие

2015-08-10T13:02:10Z

KseniyaKirillova: Новая страница: « <blockquote>''Сергей Тихомиров, первый заместитель ген…»

Сергей Тихомиров, первый заместитель генерального директора, рассказал журналу «Банковское обозрение» о текущем состоянии IT в российской банковской отрасли. Какие инструменты наиболее востребованы финансовыми организациями в условиях кризиса? Каковы перспективы платформизации в банковском секторе? Какие вызовы стоят перед IT-поставщиками на сегодняшний день? Об этом — в интервью «Рыночные IT-продукты зачастую не способны поддержать развитие» на сайте и в бумажной версии издания.

«Банковское обозрение»: Сергей, какова, на ваш взгляд, ситуация в отрасли? Как протекает кризис, каковы ближайшие перспективы?

Сергей Тихомиров: Важно, что по сравнению с концом прошлого года ситуация стабилизировалась и из управленческих решений ушли эмоции. Конечно, кризис не пройден и случится это еще не скоро, но первый шок и паника прошли — появилось понимание, что теперь придется действовать и развиваться в новых сложных макроэкономических условиях, в новой реальности.

В целом на рынке сохраняются настороженные инвестиционные и потребительские настроения, готовность к долгосрочным вложениям крайне мала, но большие проекты уже начинают обсуждаться как реальные в среднесрочной перспективе. В краткосрочных же планах по-прежнему отработка оптимизационных и модернизационных задач с гарантированным и быстрым бизнес-эффектом. Сокращение бюджетов и штатов затронуло IT-службы банков, но мы видим, что ситуация значительно «мягче» того, что было в 2008 году. Пока кризис стал поводом для избавления от ненужного балласта, и оптимизация IT-бюджетов выражается не в прямом сокращении инвестиций, а в ужесточении контроля за расходованием средств и в пересмотре приоритетов.

«Б.О»: Какие инструменты и подходы к автоматизации банковской деятельности сегодня наиболее востребованы и чаще всего обсуждаются профессиональным сообществом?

С. Тихомиров: Несмотря на весь кажущийся драматизм, специалисты по банковской автоматизации могут найти в сложившейся ситуации позитивные стороны, поскольку в кризис IT все чаще рассматриваются не как инфраструктура организации, а как полноценный бизнес-инструмент для реализации проектов с конкретным финансовым результатом. Тем более что на российском финансовом рынке и в отечественных банковских IT остается много точек роста. Например, в условиях кризиса еще более актуальными становятся системы принятия кредитных решений и инструменты для работы с просроченной задолженностью. Отвечая на эту потребность, мы разработали гибкий инструментарий для автоматизации процессов принятия решений о выдаче кредитов и сборе задолженности, предназначенный для розничного и МСБ-сегмента.

В масштабах страны нельзя назвать насыщенным и розничный рынок — он продолжает формироваться, и здесь активно развиваются инструменты Big Data и Business Intelligence для анализа клиентской базы и повышения эффективности маркетинга. Корпоративный сегмент продолжает расширение спектра финансовых услуг для клиентов вплоть до полного аутсорсинга функций финансовых служб корпораций. Для банков это крайне перспективное направление, и преуспеть в нем невозможно без современного технологического обеспечения.

«Б.О»: Сейчас активно обсуждаются технологические платформы в банковском секторе. Каковы перспективы этого направления и чем они обусловлены?

С. Тихомиров: Да, технологическая платформа как модель сегодня очень востребована. Банковские заказчики IT-услуг часто не удовлетворяются готовыми продуктами, поскольку хотят иметь гибкий инструментарий, высокоуровневое средство разработки, позволяющее оперативно и без дополнительных расходов вносить в IT-ландшафт необходимые бизнесу изменения. Кроме того, платформа часто позволяет осуществлять эти доработки самостоятельно, без обращения к услугам IT-подрядчика и уж тем более без существенных затрат, в которые выливаются попытки внести изменения в вендорские решения.

Тенденция к платформизации, конечно, подстегивается и кризисом — в частности, стремлением к независимости от вендоров, — но основная причина кроется в ограничениях существующего продуктового ряда: рыночные решения еще как-то покрывают текущие потребности в обеспечении функционирования, но зачастую не способны поддержать развитие. Ответом на эту неудовлетворенную потребность кредитных организаций и стала востребованность концепции PaaS, «платформы как услуги».

«Б.О»: Можете ли вы предложить банкам такое гибкое решение?

С. Тихомиров: Несколько лет назад мы разработали учетно-аналитический кластер для банков, который позволяет вести одновременно несколько независимых видов учета, например, бухгалтерский, управленческий, налоговый, товарный, учет материальных активов и др., связи между которыми гибко настраиваются. Наш подход, сохраняя самостоятельность и независимость видов учета, в то же время позволяет отражать одни и те же события операционной деятельности банка в разных системах и осуществлять их взаимную сверку. Кластер может быть реализован для любых масштабов деятельности — как для одного банка, так и для группы с западными филиалами или промышленными предприятиями. Преобразование операционной деятельности в учетную часть происходит в режиме онлайн.

У нашей компании большой опыт создания учетно-аналитических решений и сильная технологическая база для реализации таких проектов. Гибкость выстраивания учета дает различные преимущества — от повышения качества контроля за финансовыми показателями до сокращения налоговых отчислений и большей оперативности в принятии управленческих решений. Наш учетно-аналитический кластер имеет гибкие настройки под конкретные задачи и структуру финансовой организации. Кроме того, предусмотренные интеграционные решения обеспечивают как оперативное и бережное внедрение практически в любой IT-ландшафт банка, так и простоту интеграции с внешними сервисами и инструментами, которые сегодня получают все большую популярность в банковской сфере.

«Б.О»: Какие еще вызовы стоят сегодня перед IT-поставщиками в банковской отрасли и как ваша компания собирается на них отвечать?

С. Тихомиров: Банки продолжают активно внедрять современные технологии, такие как Big Data и BI, причем существующие Open Source продукты позволяют сделать это довольно дешево силами инхаус-подразделений. Поэтому IT-подрядчики должны перестраиваться под текущие потребности клиентов и находить свое место в новых условиях. Помимо сдвижки в сторону платформенных решений, о которых мы уже поговорили, это также повышение бизнес-значимости информационных технологий, развитие бизнес-компетенций внутри IT и обеспечение полного жизненного цикла систем. Технологии затрагивают все слои и виды деятельности банковской организации, и при проектировании и внедрении мы должны обеспечить возможность дальнейшего развития IT-решений, эффективного взаимодействия с другими системами, а при необходимости — безболезненной замены ПО или его вывода из эксплуатации. Для наших клиентов мы выстроили комплексную услугу — от организации совместного проектного и архитектурного бюро до обеспечения полного жизненного цикла IT-систем вплоть до стадии эффективной эксплуатации.

Прозрачное ЖКХ (об информировании в условиях лицензирования деятельности по управлению многоквартирными домами)

2015-08-07T08:05:58Z

KseniyaKirillova:

Екатерина Соколова, наш руководитель юридической службы, рассказала журналу «Коммунальщик» о тонкостях раскрытия информации об управляющей компании в условиях лицензирования. Каков состав сведений, подлежащих раскрытию управляющей компанией? Какую ответственность влечет за собой нарушение требований законодательства? И каковы правила информирования заинтересованных лиц органами местного самоуправления? Об этом — в материале «Прозрачное ЖКХ» в бумажной версии издания.

Бесспорно, еще с начала 90-х годов реформа ЖКХ является одним из самых проблемных и неразрешимых вопросов в отечественной социально-экономической сфере. Стоимость жилищно-коммунальных услуг для граждан постоянно растет, при этом качество оказываемых услуг в большинстве случаев оставляет желать лучшего.

Не последнюю роль в сложившейся ситуации играет то, что деятельность по управлению многоквартирными домами была своеобразной terra incognita для собственников жилых помещений, что, вкупе с их пассивным отношением к управлению своим имуществом, создавало благодатную почву для злоупотреблений недобросовестных управляющих организаций. В итоге государство наконец приняло решение прекратить играть в самоуправление ЖКХ, введя тотальный контроль над профессиональными участниками рынка ЖКУ в виде лицензирования деятельности профессиональных управляющих организаций и установления жестких стандартов раскрытия информации управдомами вне зависимости от их организационно-правовой формы.

Указанные способы контроля деятельности управляющих компаний (повышение транспарентности деятельности и лицензирование) тесно взаимосвязаны, потому любой управляющей компании к 1 мая, когда закон о лицензировании начнет действовать в полную силу, просто необходимо четко понимать существующие принципы и правила раскрытия информации.

Общие требования к раскрытию информации управляющими компаниями были внесены в Жилищный кодекс еще в 2010 году Федеральным законом от 27.07.2010 № 237-ФЗ в виде п. 10 ст. 161 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее — ЖК). Тогда обязанность предоставлять информацию была сформулирована довольно общо — управляющие компании были обязаны предоставлять основную информацию о себе и об оказываемых ими услугах. Выбор способа размещения информации управляющей компанией также был довольно комфортным. Например, управляющая компания могла раскрывать информацию в электронном виде исключительно на собственном сайте, без предоставления ее в общие реестры.

Постепенно стандарт раскрытия информации ужесточался, процесс стал контролироваться государственными органами, объем предоставляемых сведений увеличился и конкретизировался, появились централизованные информационные ресурсы, управляющие компании обязывались раскрывать информацию на этих ресурсах в обязательном порядке. Важной вехой явилось ужесточение этого стандарта в 2011 году: за непредоставление информации была введена административная ответственность, предусматривающая штрафы до 300 000 руб. для компаний-нарушителей и даже дисквалификацию должностных лиц таких компаний.

К настоящему моменту финальным этапом ужесточения стандарта раскрытия информации стало то, что раскрытие информации об управляющей компании и ее деятельности стало обязательным лицензионным требованием для осуществления деятельности по управлению многоквартирными домами (далее — МКД). Напомним, что с 1 мая 2015 года на территории России управляющим компаниям запрещено оказание услуг по управлению МКД без соответствующей лицензии. А для того, чтобы получить желанную лицензию, необходимо четко выполнять все обязанности по раскрытию информации.

При этом обязательства по информированию, возникающие в связи с лицензируемой деятельностью по управлению МКД, налагаются не только на управляющие организации, но также и на третьих лиц: контролирующие органы, органы местного самоуправления. Давайте же рассмотрим подробно виды информирования, возникшие (или получившие дальнейшее развитие) в связи с появлением института лицензирования деятельности по управлению МКД.

Миграция данных из Oracle в PostgreSQL

2015-07-15T10:22:27Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Максим Трегубов, наш ведущий системный и…»

Максим Трегубов, наш ведущий системный инженер, поделился техническими подробностями миграции данных из СУБД Oracle в Postgres в блоге компании на «Хабрахабре». Какой инструмент для миграции использовался нашими специалистами? Каким образом установить и настроить окружение для перевода? И какие трудности могут возникнуть в процессе миграции? Ответы на эти и другие вопросы — в материале «Миграция данных из Oracle в PostgreSQL» на сайте.

«Ландшафт» СУБД в проектах нашей компании до недавнего времени выглядел так: большую часть составляла Oracle, существенно меньшие — MS SQL и MySQL.

Но, как известно, нет ничего вечного, и недавно к нам поступил запрос о применимости Postgres в одном из наших проектов. К этой СУБД мы присматривались в последние пару лет очень пристально — посещали конференции, meetup’ы, но вот попробовать ее в «боевых» условиях до недавнего времени не доводилось.

Дом без присмотра (о получении лицензии управляющими компаниями)

2015-07-07T11:47:20Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Екатерина Соколова, наш руководитель юриди…»

Екатерина Соколова, наш руководитель юридической службы, рассказала «Российской Бизнес-газете» о проблемах в области лицензирования управляющих компаний. К каким спорным ситуациям привело поспешное внесение поправок в Жилищный кодекс? Какие вопросы возникают в случае нарушения обязанности УК начать процесс лицензирования до 1 апреля? Каким образом можно оспорить решение об отказе в выдаче лицензии? Об этом — в материале «Дом без присмотра» на сайте и в бумажной версии издания.

Почти два месяца прошло с момента законодательного запрета осуществлять профессиональное управление многоквартирными домами без лицензии. Однако внесение соответствующих поправок в Жилищный кодекс проходило спешно, они были далеки от совершенства, а практика правоприменения пока не наработана. Согласно новому законодательству заявление на получение лицензии действующие управляющие компании (далее — УК) должны были подать до 1 апреля 2015 года. Тем не менее на практике многие УК и сегодня находятся в процессе получения лицензии, нарушая установленные сроки. Несогласованность текста поправок порождает множество спорных ситуаций и разночтений. В частности, из закона до сих пор непонятно, какие документы необходимо предоставлять соискателям лицензий, что делать компаниям, не успевшим подать заявление о лицензировании до 1 апреля, и могут ли они получить лицензию сейчас. Постараемся пролить свет на некоторые аспекты законодательства и его применения.

Особого внимания заслуживает подача заявления на получение лицензии компаниями, которые должны были, но не успели сделать это до 1 апреля 2015 года. В связи с не очень удачными формулировками закона о введении поправок в действие (далее — Вводный закон) возникали вопросы, связанные с нарушением обязанности УК начать процесс лицензирования до 1 апреля: если УК не успела подать соответствующее заявление в срок, лишается ли она права на получение лицензии в принципе? Если нет, то как быть в ситуации, когда УК подала заявление после 1 апреля, но до момента принятия решения о ее замене новой УК? Ответов на указанные вопросы закон не дает. Попробуем найти их самостоятельно.

В отношении лицензирования действующих УК после 1 апреля п. 4 ст. 7 Вводного закона устанавливает следующее правило: в случае неподачи работающей УК заявления на получение лицензии до 1 апреля собственники помещений в управляемом многоквартирном доме (далее — МКД) должны провести общее собрание, на котором будет выбран новый управляющий. Если же собрание не состоится, проводится конкурс на право управления МКД среди получивших лицензию УК. Закон предусматривает такие негативные последствия для нарушителей сроков: а) риск выхода МКД из управления; б) в случае сохранения домов в управлении после 1 мая — штраф в размере до 250 000 руб. по ст. 14.1.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях. При этом ни в одном нормативном акте прямо не указывается, что после 1 апреля 2015 года УК не имеет права лицензироваться, и можно с уверенностью утверждать, что отказ от приема заявления после 1 апреля является нарушением прав соискателя и должен обжаловаться. Более подробно процедуру обжалования незаконных действий лицензионного органа рассмотрим ниже.

П. 4 ст. 7 Вводного закона описывает последствия неподачи УК заявления на лицензию до 1 апреля: ее должен заменить надлежащий управляющий. Но реальность далека от идеала, смена УК — это длительный процесс, который может занять не один месяц, и вероятность того, что УК успеет подать документы на соискание лицензии и получить ее до момента замены другим управляющим, ненулевая даже сегодня. Минстрой осознал существующую проблему и предложил решение в п. 1 приложения к письму от 24 апреля 2015 года № 12258-АЧ/04. Если заявление УК на лицензию подано после 1 апреля, но до принятия собственниками решения о новом управляющем, собрание проводится в любом случае, но собственники имеют право сохранить договор с действующей УК. Такое решение противоречит букве закона, но в целом представляется справедливым. В случае подачи заявления после признания собрания несостоявшимся и объявления соответствующего конкурса УК имеет право участвовать в конкурсе на общих основаниях при условии получения к тому времени лицензии. Это также представляется правильным решением. Однако, к сожалению, письма госорганов не носят обязательного характера, так что пока мы можем говорить только о формировании тенденции (бесспорно, положительной). Будем ждать соответствующих поправок в закон или правоприменительной практики, которая снимет существующие противоречия.

К слову, ярким примером того, что лицензирующие органы пока не до конца разобрались в нюансах нового законодательства, служит такая простая, казалось бы, тема, как состав документов, предоставляемых соискателями лицензии. Естественно, это может привести к неприятным сюрпризам в ходе получения лицензии.

Так, на сайте Мосжилинспекции представлен богатый список документов, прилагаемых к заявлению на получение лицензии, включающий нотариальные копии учредительных документов УК. Дагестанским УК повезло еще меньше: помимо нотариально заверенных копий учредительных документов, от них потребуется платежка об оплате пошлины и свежая выписка из ЕГРЮЛ.

В то же время в пп. 5 и 6 Положения о лицензировании деятельности по управлению МКД закреплен минималистичный перечень предоставляемых документов: заявление, обычная копия квалификационного аттестата и опись документов. Остальные документы должны получаться лицензирующим органом самостоятельно в порядке межведомственного обмена, их предоставление является правом, а не обязанностью соискателя лицензии. Таким образом, если работник лицензирующего органа требует предоставления документов сверх указанного объема, это незаконно. Подобные противоречия законодательству на официальных сайтах госорганов свидетельствуют о том, что лицензирующие органы в настоящий момент испытывают определенные трудности с правоприменением новых норм.

Конечно, если соискатель желает получить лицензию быстрее, можно рекомендовать ему предоставить наиболее полный набор документов — это дает шанс на получение лицензии не через максимальные 45 дней, а раньше, поскольку истребования документов от иных ведомств не потребуется.

И, наконец, пару слов о порядке оспаривания незаконных действий лицензирующих органов. Согласно Жилищному кодексу решение об отказе в выдаче лицензии может быть оспорено УК в суде и (или) путем направления соответствующей жалобы в Минстрой России.

Заявления об обжаловании отказа в выдаче лицензии согласно ст. 29 и ст. 197 Арбитражного процессуального кодекса РФ рассматриваются арбитражными судами. Однако в регионах отмечаются прецеденты, когда арбитражные суды отказываются принимать заявления, ссылаясь на подведомственность дел такого характера судам общей юрисдикции, что представляется незаконным. При подаче заявления в суд заявитель должен уплатить пошлину в размере 3000 рублей. По общему правилу суд первой инстанции выносит решение в течение трех месяцев с момента подачи заявления. При обжаловании решения в Минстрое проводится ведомственная проверка, длящаяся не более 30 рабочих дней (но не стоит рассчитывать, что ее начнут на следующий же день после получения жалобы). Еще 10 рабочих дней дается на направление подробного решения виновному органу и заявителю. Таким образом, быстрее, дешевле и удобнее начинать обжалование с Минстроя, а в суд идти в случае неудачи на этом этапе. Жалоба в Минстрой удобна и тем, что, в отличие от судебного оспаривания, помимо самой отмены незаконного решения, виновные должностные лица могут быть привлечены к ответственности: дисциплинарной, административной (ст. 19.6.2 Кодекса РФ об административных правонарушениях) и даже уголовной — в случае использования ими своего служебного положения (ст. 169 Уголовного кодекса РФ) или наличия коррупционной составляющей в нарушении (например, ст. 290 Уголовного кодекса РФ). Если же УК желает взыскать возникшие убытки с лицензирующего органа, это возможно исключительно через суд. Но и в таком случае совсем необязательно обжаловать само незаконное действие через суд — иск о возмещении убытков можно подавать постфактум, основываясь на вынесенном Минстроем решении.

В заключение уместно отметить важный нюанс: отмену решения лицензирующего органа об отказе в лицензировании нельзя приравнивать к получению лицензии. Это всего лишь основание для нового рассмотрения лицензионного дела, конечно, без повторной подачи заявления соискателем и без новой уплаты пошлины в размере 30 000 рублей.

Последние тренды применения мобильных бизнес-гаджетов

2015-07-07T09:26:39Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Дмитрий Морозов, наш ведущий системный инж…»

Дмитрий Морозов, наш ведущий системный инженер, рассказал газете «Московский комсомолец» о последних трендах в сфере мобильных технологий. Какие возможности для бизнеса открывает использование гаджетов? В каких компаниях в данный момент наиболее востребована мобильность? И почему мобильные решения особенно важны для топ-менеджмента? Об этом — в материале «Последние тренды применения мобильных бизнес-гаджетов» на сайте и в бумажной версии издания.

«Московский комсомолец»: Как, по-вашему, бизнес сегодня использует гаджеты (мобильники, планшеты)? Каковы тенденции?

Дмитрий Морозов: Бизнес использует две модели доступа к данным с мобильных устройств: BYOD (Bring Your Own Device, использование собственных гаджетов для рабочих целей) и COPE (Corporately Owned, Personally Enabled, использование корпоративных устройств). Обе модели позволяют обращаться к информации из корпоративных источников (сетей, порталов, баз данных и др.) из любого места и в любое время. Различие заключается в уровне безопасности и надежности. В большинстве случаев для удобства и мобильности работы вполне допустимо использование рядовыми специалистами их собственных планшетов или мобильных телефонов — особая надежность не требуется, а безопасность гарантируется отсутствием доступа к важной и конфиденциальной информации компании. Для специалистов, мобильность которых высока, но при этом от них требуется постоянно быть на связи и точно соблюдать сроки проектов, а важность обрабатываемых ими данных имеет критическое значение, используется подход COPE, при котором мобильные устройства находятся под контролем ИТ-отдела работодателя.

«МК»: Какова практическая польза и экономия от подобных внедрений?

Д. Морозов: В последнее время среди руководителей больших корпораций востребовано программное обеспечение, дающее возможность в любой точке мира в любое время получать сводную информацию о ситуации в компании, статусе проектов, достаточности ресурсов. Это позволяет постоянно держать руку на пульсе и вести эффективное управление бизнесом.

«МК»: Есть ли в вашей компании подобные разработки? Используете ли вы планшеты или смартфоны (специальные программы и приложения) в работе своих сотрудников?

Д. Морозов: В нашей компании активно используются смартфоны и планшеты. При этом сотрудники могут использовать как собственные мобильные устройства, поскольку в компании внедрены методы защиты информации с различными уровнями доступа, так и корпоративные устройства, администрируемые ИТ-специалистами. Эффективное применение гаджетов в работе — это, в первую очередь, постоянный доступ к корпоративной почте и хранилищам документов. Сегодня возможность оперативно и удаленно ответить на письмо заказчика, сообщить важную информацию коллегам или получить доступ к необходимым для принятия решения данным является безусловной ценностью не только для топ-менеджеров, которым приходится быть мобильными по своей функциональности, но и для профессионалов практически в любой сфере.

В Газпромбанке внедрена автоматизированная система «Бухгалтерия финансовых операций»

2015-06-30T11:37:07Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «'''Пресс-релиз, 17 сентября 2013, Москва''' '''В Газпромбанке с декабря 2012 года в …»

Пресс-релиз, 17 сентября 2013, Москва

В Газпромбанке с декабря 2012 года в режиме опытно-промышленной эксплуатации функционирует автоматизированная система «Бухгалтерия финансовых операций» (АС БФО), разработанная компанией CUSTIS. АС БФО обеспечивает бухгалтерский учет и формирует отчетность согласно правилам РПБУ для сделок на рынке FX, которые ведутся банком в системе Calypso. Внедрение АС БФО состоялось в рамках реализации проекта ГПБ (ОАО) по выстраиванию компонентной ИТ-архитектуры и централизации информационных систем банка.

В начале 2011 года Газпромбанк приступил к модернизации своей системы автоматизации торговых операций на финансовых рынках на базе ПО Calypso, в которой ведется оформление, учет и исполнение операций по сделкам купли-продажи иностранной валюты с поставкой (валютная конверсия). В ходе проекта в банке было принято решение использовать отдельную специализированную систему для бухгалтерского учета таких сделок согласно правилам РПБУ. Использование внешних учетных систем (External Accounting System) широко применяется в зарубежной практике при построении ИТ-решений в финансовых организациях. В такой связке учетная система обрабатывает бизнес-события, преобразуя их в бухгалтерские проводки согласно требованиям действующего учетного законодательства.

Разработка внешней учетной системы была поручена компании CUSTIS, которая ранее уже зарекомендовала себя как надежный ИТ-партнер Газпромбанка в проекте создания и внедрения «Главной бухгалтерской книги» — центральной системы, контролирующей и координирующей бухгалтерский учет в ГПБ (ОАО). «Главная бухгалтерская книга», разработанная компанией CUSTIS, интегрирует учетные данные из нескольких бизнес-приложений, функциональность которых охватывает широкий спектр операций банка. Разработка новой учетной системы началась весной 2011 года, а в декабре 2012 года АС «Бухгалтерия финансовых операций» была внедрена в опытно-промышленную эксплуатацию.

Как и «Главная бухгалтерская книга», АС БФО создана на базе учетной платформы CUSTIS, которая в данном проекте настроена на реализацию учета сделок покупки-продажи валюты на межбанковском рынке. Помимо функций учета, АС БФО обеспечивает взаимодействие с другими ИТ-системами в соответствии с принятой в банке технологией взаимодействия компонентов.

Основные функции системы «Бухгалтерия финансовых операций»:

автоматическое ведение бухгалтерского учета межбанковских конверсионных операций на основе получаемых из системы Calypso бизнес-событий по совершенным сделкам;
обработка бизнес-событий по осуществлению расчетов по совершенным сделкам;
ведение операционного дня и осуществление массовых учетных операций по сделкам межбанковской валютной конверсии согласно правилам РПБУ, включая такие, как: расчет текущей справедливой стоимости, резервирование, перенос парных счетов, перенос остатков по мере изменения сроков требований и обязательств, корректировка и переоценка по счетам главы «Г»;
взаимодействие с другими информационными системами банка через интеграционную шину (включая обмен первичными документами, событиями, счетами, проводками и др.);
формирование оперативной и управленческой отчетности на основе бизнес- и учетной информации.

Ирина Каплунник, первый вице-президент, заместитель главного бухгалтера ГПБ (ОАО), оценивает результаты проекта: «Мы удовлетворены результатами внедрения системы для ведения бухгалтерского учета сделок межбанковской валютной конверсии. В этом проекте мы реализовали методологически правильный порядок автоматизированного отражения учетных событий по счетам бухгалтерского учета. После внедрения АС БФО учетные записи осуществляются только на основании информации о результатах совершившегося бизнес-события, подтвержденного соответствующим первичным документом. Это позволило нам существенно повысить надежность учетных процедур и минимизировать риски некорректных записей в бухгалтерских регистрах. То, что АС БФО компании CUSTIS может получать от приложения бизнес-события и интерпретировать их с точки зрения российских правил бухгалтерского учета, существенно расширяет возможности банка по выбору наилучших (best-of-breed) решений. Мы убедились, что на базе АС БФО можно достаточно быстро и эффективно реализовать учет для операций различных типов, и теперь планируем использовать эту систему для учета сделок на других финансовых рынках».

Сергей Тихомиров, первый заместитель генерального директора компании CUSTIS, рассказывает о новой системе: «По заказу Газпромбанка система «Бухгалтерия финансовых операций» проектировалась и разрабатывалась таким образом, чтобы обеспечивать автоматическое ведение бухгалтерского учета в рамках одной обособленной бизнес-области. Ядро АС БФО (учетная платформа CUSTIS) настраивается для генерации проводок по операциям нужного типа. На вход АС БФО поступают события из системы первичного учета сделок и событий по их исполнению — в ее исходных форматах. По сгенерированным записям по счетам бухгалтерского учета в АС БФО выполняются массовые (учетные) операции, закрытие операционного дня и формирование отчетности — все это в соответствии с правилами и ограничениями, устанавливаемыми учетной политикой банка, а также регламентированными ЦБ РФ правилами учета. Наша учетная платформа достаточно гибкая и универсальная, чтобы на ее основе создать специализированное решение, настроенное на учет тех сделок, которые необходимы банку «здесь и сейчас». Когда же у заказчика возникнет потребность расширить спектр операций, АС БФО также будет настроена на новый тип сделок. Фактически «Бухгалтерия финансовых операций» — это универсальный учетный модуль, который вместе с «Главной бухгалтерской книгой» помогает выстраивать в банке учетно-ориентированную архитектуру».

О Газпромбанке

ОАО «Газпромбанк» является одним из крупнейших банков России по всем основным показателям, а также входит в тройку крупнейших банков Центральной и Восточной Европы по размеру собственного капитала.

Газпромбанк обладает рейтингом инвестиционного уровня международного рейтингового агентства Moody’s Investor’s Service — рейтинг долгосрочных депозитов в иностранной валюте находится на уровне Ваа3, прогноз стабильный, рейтинг долговых обязательств — на уровне Baa3. Долгосрочный рейтинг контрагента и рейтинг по долговым заимствованиям Банка, присвоенный агентством Standard & Poor’s находится на уровне ВВB-, прогноз стабильный. Fitch Ratings присвоило Газпромбанку долгосрочный рейтинг дефолта эмитента «ВВВ-», прогноз — стабильный.

Ностальгия по стабильности: ключевые тенденции рынка труда в IT в 2015 году

2015-06-17T13:53:20Z

KseniyaKirillova:

На портале CRN/RE опубликована статья Анны Рид, нашего HR-партнера направления «Финансовые институты», посвященная ключевым тенденциям рынка труда в IT в 2015 году. Как ситуация на IT-рынке отражается на рынке труда? Можно ли говорить о переходе от «рынка работника» к «рынку работодателя»? И какие стратегии поведения избирают сотрудники на полном неожиданностей рынке труда? Об этом — в материале «Ностальгия по стабильности: ключевые тенденции рынка труда в IT в 2015 году» на сайте издания.

Как известно, прогнозы — дело неблагодарное, особенно когда ситуация на рынке характеризуется высокой волатильностью и турбулентностью, но я все-таки рискну. Вашему вниманию предлагаются размышления об основных тенденциях IT-рынка, ситуации на рынке труда и стратегиях поведения сотрудников в складывающихся условиях.

Рынок ИТ-услуг: главные ожидания связаны с аутсорсингом

2015-06-17T10:25:56Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Наши специалисты — Алексей Яблонский,…»

Наши специалисты — Алексей Яблонский, руководитель портфеля проектов, и Анастасия Кабищева, ведущий инженер-аналитик, — рассказали порталу CNews об итогах развития рынка ИТ-услуг в 2014 году. Как изменились потребности и требования заказчиков? Какие тенденции наблюдаются на ИТ-рынке? Что ожидает сферу ИТ в обозримом будущем? Об этом — в материале «Рынок ИТ-услуг: главные ожидания связаны с аутсорсингом» на сайте издания.

CNews: Изменились ли потребности заказчиков в ИТ-услугах? Спрос на какие из них увеличился, на какие — снизился? Как изменились требования заказчиков к провайдерам ИТ-услуг?

Анастасия Кабищева: Текущей тенденцией в кризис, конечно, является сокращение бюджетов. За последний год заказчики стали частично отказываться от реализации неприоритетных проектов — например, проектов, направленных на оптимизацию существующих процессов, упрощение работы пользователей с системой. Те проекты, по которым все же было принято решение о реализации, серьезно контролируются ИТ-службами заказчика на предмет исполнения бюджета и сроков. Экономия также заставляет многих заказчиков встраивать новые процессы в уже существующие системы, проводя только небольшую их доработку без перепроектирования. Такого рода изменения впоследствии могут привести к проблемам при эксплуатации этих систем и через 2–3 года с высокой долей вероятности возникнет необходимость в их рефакторинге, поскольку они исчерпают свои технические возможности.

Несмотря на все попытки сократить затраты на разработку, заказчик часто не может силами своего ИТ-департамента спроектировать сложную бизнес-систему или ее часть. Это связано с тем, что ИТ-службы заказчика, как правило, загружены поддержкой существующих систем, не имеют в наличии узких специалистов (например, архитекторов и сильных аналитиков) и привязаны к существующим процессам, не видят ситуацию со стороны. ИТ-руководители начали понимать, что эффективность аутсорсинга значительно выше, если привлекать подрядчиков уже на этапе сбора требований, а не только на этапе разработки. Совместно спроектированные и разработанные системы более целостны, их легче эксплуатировать, они более понятны и для ИТ-служб, и для бизнес-пользователей.

Поэтому сейчас все шире распространяется тенденция, когда аналитики ИТ-подрядчика общаются с бизнес-пользователями, а не только с ИТ-службой заказчика. При этом ИТ-департамент заказчика сохраняет за собой функцию контроля, мониторинга статуса проекта, утверждает и согласовывает технологии, на основе которых будет выполнена реализация.

Сегодня самое важное для репутации разработчика на рынке — максимальное соответствие спроектированного решения требованиям бизнеса. Уровень квалификации специалиста ИТ-компании теперь во многом определяется его умением общаться с бизнес-заказчиком, пониманием сферы деятельности клиента, высоким уровнем коммуникативных навыков и рыночной аналитики. Многим специалистам сейчас приходится перестраиваться под данные требования, наращивать универсальность — знания как технического, так и бизнес-направления — и развивать способность к эффективной коммуникации.

Еще одна тенденция на современном рынке — сложность реализации проектов при текущем устаревшем уровне ПО, обеспечивающего информационную безопасность. Спрос на соответствие нормам информационной безопасности по-прежнему остается достаточно высоким, часто даже «подгоняет под себя» некоторые потребности бизнеса. Особенно это актуально для финансовых организаций и предприятий госсектора. Заказчики, как правило, пользуются устаревшим ПО, которое хоть и обеспечивает должный уровень информационной безопасности, но мешает переводу систем на веб-технологии, накладывает ограничения на производительность этих систем, не позволяет реализовать более гибкий процесс и уменьшить ручной труд бизнес-пользователей. Все это связано с тем, что системы, обеспечивающие должный уровень безопасности (например, многие средства криптографической защиты информации), созданы достаточно давно, еще в 90-е годы, плохо развиваются и не обладают многими новейшими техническими возможностями. Переход на более современные системы информационной безопасности для многих, особенно крупных, компаний и организаций — затратный и сложный процесс. Все это задерживает технологизацию некоторых типов компаний, усложняя бизнес-процессы и повседневную работу с приложениями для пользователей.

CNews: Как вы оцениваете итоги развития российского рынка ИТ-услуг в 2014 г.? Каковы прогнозы на 2015 г.?

Алексей Яблонский: Осенью 2014 года бизнес, связанный с внешнеторговой деятельностью и, следовательно, уязвимый к валютным рискам, был вынужден корректировать планы. В частности, был пересмотрен ИТ-бюджет. Первоначально планировалось его сокращение примерно на 25 %. Однако зимой 2015 года, по мере некоторой стабилизации ситуации в экономике, произошла вторичная корректировка бюджетов, и сокращение видится уже не таким значительным: на смену «паническим» настроениям с попытками экономии на всем пришел более взвешенный взгляд на критичные потребности и на те ИТ-проекты и услуги, от которых нельзя отказаться без вреда для бизнеса. Помимо этого, стали планироваться новые проекты, решающие оптимизационную задачу. Таким образом, сокращение ИТ-бюджетов на текущий момент оптимистично можно оценить в 10–15 %.

CNews: Изменились ли потребности заказчиков в ИТ-услугах? Спрос на какие из них увеличился, на какие — снизился?

А. Яблонский: Индивидуальная заказная разработка остается востребованной. Это связано с тем, что в кризисный период от бизнеса требуются сильные действия, нестандартные решения и ходы. Для обеспечения этого лучше подходит ПО, созданное на заказ, нежели внедрение тяжеловесных вендорских продуктов, которые в большей степени ориентированы на стабильную ситуацию, лучшие практики и нормы отрасли.

CNews: Как изменились требования заказчиков к провайдерам ИТ-услуг?

А. Яблонский: Фактически любой крупный бизнес сейчас вынужден формировать антикризисную программу, зачастую связанную не просто с оптимизацией расходов, но с радикальными изменениями всей модели бизнеса, его устройства. В результате многие ИТ-системы либо вся информационная архитектура предприятия в целом оказываются устаревшими, требующими модернизации или реинжиниринга. В то же время ситуация накладывает четкие дедлайны на проведение изменений. От ИТ-компаний требуется способность поддержать это движение. При этом провайдер ИТ-услуги (не имеет значения, будет это ИТ-служба компании или сторонний ИТ-подрядчик) может выступать или инициатором изменений, или, по крайней мере, значимым ресурсом для их проведения.

CNews: Какие компании сегодня наиболее заинтересованы в переходе на сервисную модель — малый, средний, крупный бизнес, госсектор?

А. Яблонский: Мы наблюдаем тенденцию перехода на сервисную модель в крупных компаниях. В таких компаниях, как правило, достаточно разнородное ПО, находящееся на различных стадиях своего жизненного цикла, которое нужно развивать, сопровождать и эксплуатировать. Эти задачи подразумевают свои характеристики, критерии качества ИТ-услуги и формируют целый комплекс требований к управлению услугой. Как ответ на эту проблему, сервисная модель оправдана как в отношении бизнеса с внутренним ИТ-департаментом, так и с внешними провайдерами ИТ-услуг, особенно если характер ИТ-проекта или услуги подразумевает длительную историю взаимоотношений.

CNews: Какие тенденции на рынке ИТ-услуг вы бы отметили?

А. Яблонский: Основной вызов, стоящий сейчас перед бизнесом, — адаптация под новые условия и оптимизация в широком смысле. Структура ИТ-услуги должна обеспечивать оптимальность балансов: аутсорсинг vs инсорсинг, универсальность vs специализация, нормирование vs гибкость, вендорское ПО vs заказная разработка.

ИТ просто обязаны поддерживать развитие бизнеса, а в идеале — опережать его

2015-06-17T09:46:05Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Владимир Рахтеенко, наш генеральный дир…»

Владимир Рахтеенко, наш генеральный директор, в интервью для портала CNews рассказал о необходимости стратегического партнерства между ИТ и бизнесом. В чем заключается специфика услуги нашей компании? Каковы перспективы на рынке сложных ИТ-услуг в ближайшие годы? Почему для бизнеса важны партнерские отношения с ИТ? Об этом — в материале «ИТ просто обязаны поддерживать развитие бизнеса, а в идеале — опережать его» на сайте издания.

CNews: Каковы результаты работы CUSTIS в 2014 году? Довольны ли вы темпами роста бизнеса?

Владимир Рахтеенко: За последние несколько лет мы доказали себе и своим партнерам, что можем оперативно наращивать масштаб и объем выполняемых проектов без снижения качества услуги. Ежегодный прирост оборота компании уже несколько лет подряд составляет более 10 %, и 2014 год не стал исключением. Численность персонала за последние три года увеличилась на 40 %. Однако мы не считаем правильным измерять успех только этими цифрами, перед нами не стоит задача экстенсивного роста. Главная цель — соответствие уровня нашей услуги амбициозным планам и масштабу замысла наших клиентов, лидеров своих рынков. Поэтому мы в первую очередь работаем над качеством нашей услуги и укреплением отношений с заказчиками, а финансовые показатели лишь подтверждают, что мы движемся в верном направлении.

CNews: Какие наиболее интересные проекты последних лет вы бы отметили?

В. Рахтеенко: Специфика нашей услуги в том, что мы работаем в важнейших для заказчика областях его бизнеса. Компания реализует флагманские ИТ-проекты, которые обеспечивают конкурентные преимущества наших клиентов и дают им возможности для дальнейшего развития бизнеса. Поэтому мы далеко не всегда можем раскрывать информацию о конкретных проектах, во всяком случае, в первое время после запуска.

Нам, как профессионалам, интереснее всего заниматься творческой инженерной деятельностью, решать сложные проектировочные задачи. При этом качество проектирования обеспечивается во многом уже тем, что мы сами несем ответственность за реализацию и эксплуатацию спроектированной информационной системы. Об уровне сложности наших проектов могут сказать несколько примеров. В 2008 году с нашим участием был разработан и выведен на рынок ряд антикризисных финансовых инструментов Банка России, причем сделано это было буквально за считанные недели в острой фазе финансового кризиса. Совместно с нами разработана, внедрена и сейчас успешно эксплуатируется «Главная бухгалтерская книга» Газпромбанка, третьего по величине банка страны. Немало проектов мы реализовали с партнерами из торговой сети «Спортмастер», которая входит в топ-10 крупнейших спортивных ритейлеров мира. К слову, со всеми нашими клиентами мы работаем уже много лет: с Банком России — с 1997, со «Спортмастером» — с 2002, с Газпромбанком — с 2008 года.

CNews: Не могли бы вы тогда подробнее рассказать об услуге компании, в чем ее специфика?

В. Рахтеенко: Наша услуга заключается в проектировании, разработке и развитии масштабных информационных систем с учетом их полного жизненного цикла для лидеров рынка и компаний, стремящихся ими стать. Мы не навязываем клиенту готовые решения и не конкурируем с ним за управление его бизнесом. Мы знаем, что такое партнерские отношения и что они способны дать обеим сторонам сотрудничества. Поэтому наша компания готова стать для клиента выделенным инжиниринговым центром и заниматься совместным проектированием развития его бизнеса, предоставляя нашу проектную и отраслевую экспертизу. В этих проектах клиент всегда может получить доступ к архитекторам и концептуалистам, которые ориентированы на работу с его бизнес-задачами. Если сравнивать эту услугу с работой интеграторов, то представьте, что люди, которые писали многотиражную ERP-систему, например SAP, сами пришли на внедрение и готовы доработать свой продукт под вас.

Мы хорошо представляем специфику управления программами проектов на разных этапах жизненного цикла — от обсуждения бизнес-замысла до передачи ИТ-системы в эксплуатацию — и делаем возможным соблюдение баланса развития и функционирования, необходимое для любой развивающейся системы. Работая от бизнес-замысла до эксплуатации и отвечая за развитие информационной системы заказчика на полном жизненном цикле, мы помогаем ему оставаться успешным в новых, быстро меняющихся условиях.

CNews: Вернемся к текущей рыночной ситуации. Какими, по вашему мнению, будут последствия кризиса, чего следует ожидать?

В. Рахтеенко: Этот кризис не пройдет быстро. Он имеет структурный, затяжной характер, для его развития было больше фундаментальных, чем конъюнктурных причин. Тем печальнее будут последствия распространенной сейчас «механической» оптимизации бюджетов, в том числе на ИТ. Безусловно, в любой системе можно выявить до 10 % неэффективно используемых ресурсов, от которых можно более или менее безболезненно отказаться. Однако если речь идет о 20–30 %-м сокращении бюджетов, то здесь явно пострадает что-то существенное, важное.

CNews: И что бы вы посоветовали руководителям бизнеса?

В. Рахтеенко: К сожалению, не многие ИТ-подразделения понимают свою роль в конкретной компании, а ведь сегодня ИТ просто обязаны поддерживать развитие бизнеса, а в идеале — опережать его. На мой взгляд, огромным резервом для повышения эффективности ИТ-подразделений является выстраивание партнерства между бизнесом и ИТ внутри компаний. Там, где ИТ-департаменты являются равноправными компаньонами бизнеса, ИТ становятся ключевым инструментом развития и повышения конкурентоспособности, а не дорогостоящей головной болью. Для нас это тоже показатель: если внутри компании-заказчика нет партнерских отношений между ИТ и бизнесом, то нам с ним не по пути — мы просто не сможем гарантировать соответствие проектируемых систем бизнес-замыслу и отвечать за результат нашей работы.

Но я верю, что будущее за честными ИТ, которые работают с бизнесом в режиме стратегического партнерства. Среди ИТ-подрядчиков же будет побеждать тот, кто сможет забирать на себя максимум проблем клиента, научится эффективно с ними справляться и оставит заказчику удобные инструменты для контроля над ситуацией. А это возможно только при открытых, равноправных партнерских отношениях, которые базируются на взаимном понимании ценностей и устремлений и искреннем желании обогащать друг друга в совместной деятельности и развитии.

CNews: Чувствуете ли вы на себе снижение рыночной активности? Затраты на какие проекты клиенты сокращают в первую очередь?

В. Рахтеенко: Мы проблемно-ориентированная компания, и кризис для нас — время активной работы. Ведь то, что казалось неприоритетным и долгое время могло откладываться как сложное и ресурсозатратное, сегодня, в кризис, стало критически важным. Многим компаниям становится ясно, что косметическим ремонтом уже не обойтись. Особенно это касается тех отраслей, которые оказались под наибольшим давлением макроэкономической ситуации, для них эффективность сегодня — не просто фигура речи, а вопрос дальнейшего развития.

Кроме того, мы работаем с отраслевыми лидерами, которые не могут позволить себе остановиться в развитии, поэтому по нашим проектам мы не чувствуем снижения объемов активности. Какие-то работы естественным образом подходят к концу, переходят на стадию эксплуатации, но появилось много новых тем для проработки.

CNews: Как ваша компания отвечает на текущие вызовы? Каковы ваши планы на ближайший год?

В. Рахтеенко: Занимаясь проектированием и разработкой систем, обеспечивающих развитие бизнеса клиента, мы обязаны постоянно развиваться сами. Сегодня мы вкладываем в развитие компании до 20 % выручки, а в процессы по усовершенствованию услуги вовлечены до 40 % сотрудников. Мы постоянно наращиваем наши ключевые компетенции в области системной инженерии и социотехнического проектирования, вкладываемся в технологизацию процессов, развитие экспертизы и отношений с клиентами. Через год-два наши клиенты получат услугу качественно нового уровня, и именно над этим мы сейчас активно работаем.

Знакомство с XACML — стандартом для Attribute-Based Access Control

2015-06-02T14:48:20Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Евгений Мяченков, наш ведущий разработчик…»

Евгений Мяченков, наш ведущий разработчик, опубликовал в корпоративном блоге на «Хабрахабре» статью, посвященную подходу Attribute-Based Access Control и стандарту XACML. Как бизнес-правила выражаются в виде политик? Из каких компонентов состоят системы безопасности? Какие интересные детали не вошли в стандарт? Ответы на эти вопросы — в материале «Знакомство с XACML — стандартом для Attribute-Based Access Control» на сайте.

Переждем вместе (о влиянии кризиса на иностранные юридические фирмы в России)

2015-05-27T14:04:03Z

KseniyaKirillova:

Екатерина Соколова, наш руководитель юридической службы, рассказала «Российской газете» о состоянии иностранных и национальных юридических фирм в условиях экономической нестабильности. Как санкции повлияли на рынок юридических и консалтинговых услуг? Какое положение в данный момент на российском рынке занимают ILF? Какие традиционно российские практики перешли в сферу интересов иностранных компаний? Об этом — в материале «Переждем вместе» на сайте и в бумажной версии издания.

«Российская газета»: Несколько лет назад такие практики, как M & А, прямые инвестиции, крупные корпоративные сделки, представляли в РФ в основном иностранцы. Изменилась ли ситуация сегодня? В каких практиках по-прежнему доминируют иностранные фирмы?

Екатерина Соколова: ILF традиционно доминируют на рынке юридических и консалтинговых услуг, сопровождающих крупные международные инвестиционные проекты в России. В настоящий момент в нашей стране наблюдается активное сворачивание зарубежных инвестиционных программ по причине усложнения международной политической обстановки и ухудшения экономического климата — ставки слишком высоки, очень легко проиграть. В связи с этим спрос на юридическое сопровождение стартующих инвестиционных или M & A проектов упал. Конечно, сворачивание действующих инвестиционных проектов — не такой простой и быстрый процесс, поэтому услуги зарубежных юридических компаний пока востребованы, особенно учитывая тот факт, что быстрое сворачивание порождает свои конфликты. Однако если инвестиционный климат не наладится в ближайшее время, удельный вес заказов на сопровождение инвестиционных проектов будет снижаться. А предпосылок для резкого улучшения ситуации пока не наблюдается.

«Российская газета»: Какие практики (внутренние, судебные споры, антимонопольная практика и пр.) считаются традиционно российскими? Поясните свое мнение.

Е. Соколова: Несомненно, к традиционно российским относятся процессуальные услуги по российскому праву, взаимодействию с регуляторами и корпоративному праву сугубо российских компаний. Кто, как не «абориген», знает подводные камни своих внутренних институтов? А глубокого специализированного опыта в области иностранных правовых процедур для оказания такого вида услуг обычно не требуется. К тому же в России уже давно сформировалась практика перехода сотрудников из ILF в российские компании на более высокие позиции. Таким образом, происходит постоянное обогащение российских юридических компаний лучшими международными практиками, и даже при наличии спора, отягощенного иностранным элементом, решением успешно могут заниматься российские консультанты. А если нет разницы, зачем платить больше? Это особенно актуально в условиях снижения покупательной способности рубля.

«Российская газета»: Как кризис сказался на рынке: стали ли ILF покидать российский рынок? Либо наоборот стали расширять практику в других направлениях?

Е. Соколова: Однозначного ответа на вопрос о влиянии кризиса на рынок юридических консалтинговых услуг пока нет. Несомненно, корректируется структура услуг и клиентская база ILF. Не секрет, что их услуги и раньше были по карману только крупным компаниям. Сейчас же самые до недавнего времени лакомые клиенты попали под санкции и многие иностранные компании просто не могут оказывать им услуги (хотя наверняка хотели бы). Также в данный момент активно сворачиваются проекты российских компаний за рубежом и иностранных компаний в России, что не может не стать ударом для ILF. Однако это, с другой стороны, благодатнейший для юристов рынок на ближайшее время: расторжение международных контрактов, оспаривание санкционных действий — Клондайк для иностранных консультантов. Кроме того, из-за «закрытия» многих традиционных юрисдикций в настоящее время наблюдается тренд обращения на Восток, в страны Азии. Это новые рынки для ILF.

«Российская газета»: Как санкции сказались на рынке юридических и консалтинговых услуг? В частности, на деятельности ILF?

Е. Соколова: Как говорится, нет худа без добра. С одной стороны, многие ILF лишились своих крупнейших клиентов. Это произошло по разным причинам: из-за невозможности обслуживать компанию, попавшую под санкции, из-за сворачивания клиентами проектов с целью хеджирования рисков. Но кто назовет скудным рынок судебных услуг в связи с наложением на компании санкций? Или, например, рынок услуг по юридическому сопровождению сворачивания крупных проектов из-за санкционного режима? Я думаю, у ILF сейчас есть возможность прилично заработать на подобных услугах, несмотря на то что их нельзя назвать перспективными на длительном отрезке времени. Дело в том, что проекты такого рода обычно длятся не один день, а значит, к моменту их завершения экономическая и политическая ситуации могут развернуться на 180 градусов.

Пять минут, которые могут обойтись директору и его компании в 110 тысяч рублей

2015-05-22T13:25:02Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Екатерина Соколова, руководитель юридичес…»

Екатерина Соколова, руководитель юридического отдела нашей компании, рассказала журналу «Генеральный директор» об ответственности за нарушение контрольно-кассовой дисциплины. Что является нарушением правил применения ККТ? Какие меры ответственности предусмотрены законодательством? Каковы особенности контрольно-кассовой дисциплины при реализации товара через Интернет? Об этом — в материале «Пять минут, которые могут обойтись директору и его компании в 110 тысяч рублей» в бумажной версии издания.

Правовая норма не работает, если за ее нарушение не устанавливаются меры ответственности. Основная ответственность за нарушение контрольно-кассовой дисциплины предусматривается ч. 2 ст. 14.5 КоАП РФ: в случае нарушения правил применения кассовой техники и (или) несоблюдения правил регистрации ККТ на компанию может быть наложен административный штраф в размере 30 000–40 000 руб., а на должностное лицо (к которым согласно ст. 2.4 КоАП РФ относятся и руководители организаций) — штраф в размере 3 000–4 000 руб. Нарушением правил применения ККТ является, в частности, корректировка показаний ККТ, неиспользование ККТ при совершении операции, применение ККТ в нефискальном режиме, наличие временного промежутка между оплатой и печатью чека продолжительностью более 5 минут, использование ККТ с отсутствием или нарушением пломб; под несоблюдением правил регистрации ККТ понимается использование незарегистрированной в налоговых органах по месту использования ККТ (в том числе не включенной в Госреестр). При этом к ответственности по данной статье также можно привлечь и в случае невыдачи подтверждающих операцию документов, когда использование ККТ является необязательным. Хотя в настоящее время существует позиция, заключающаяся в том, что выдача БСО (бланков строгой отчетности) или иных подтверждающих операцию документов производится только по требованию покупателя. Эта позиция подтверждается судебной практикой (см., например, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2012 № 09АП-3879/2012, в котором судьи среди прочего указали, что исходя из диспозиции ст. 14.5 КоАП РФ административная ответственность предусмотрена за отказ в выдаче по требованию покупателя (клиента) в случае, предусмотренном федеральным законом, документа (товарного чека, квитанции или другого документа, подтверждающего прием денежных средств за соответствующий товар (работу, услуг), а не за невыдачу указанного документа. Однако сторонников позиции налоговиков в данном вопросе тоже немало: Четвертый арбитражный апелляционный суд в своем Постановлении № А19-7293/2012 от 17.08.2012 указывает, что норма п. 2 ст. 2 закона 54-ФЗ должна трактоваться буквально, следовательно, выдача документа должна производиться независимо от требования покупателя; также ВАС РФ отказался передавать дело ИП Газаряна А. Е. в Президиум на пересмотр, ссылаясь в своем Определении № ВАС-7182/12 от 22.06.2012 на ту же безусловную формулировку закона.

В соответствии с п. 1 ст. 23.5 КоАП РФ правом принимать решение о привлечении лица к ответственности по ст. 14.5 КоАП РФ наделены налоговые органы. Сделать они это могут в течение скромных двух месяцев с даты совершения правонарушения. При этом Пленум ВАС в Постановлении № 5 от 24.03.2005 пошел далее, установив возможность применять меры ответственности не только к фирме, но и к ее руководителю в случае, если будет доказана его вина. Вина же выражается не только в совершении активных противоправных действий (например, подначивании продавца ступить на скользкий путь), но также и в бездействии, проявляющемся в чем угодно: в индифферентном отношении к работе продавцов, отсутствии соответствующего контроля и т. д.

Таким образом, чтобы избежать ответственности, директор должен доказать не только отсутствие своего злого умысла, но и активную добросовестную позицию — например, предоставить подписанные продавцами правила ведения продаж с использованием ККТ и доказательства фактов проверки деятельности продавцов. Вероятно, неплохим доказательством добросовестности директора могут послужить популярные сегодня таблички на кассах, утверждающие, что если продавец не выдает кассовый чек, покупка производится за счет компании, вкупе с наличием условий в трудовых договорах с продавцами о том, что нарушение кассовой дисциплины влечет материальную ответственность продавцов перед фирмой (на основании которых, кстати, можно взыскать с работников сумму штрафов, назначенных компании за их нарушения). Таблички в данном случае призваны мотивировать продавцов уменьшать число нарушений (а не снабжать покупателей бесплатным кофе, конечно). ФАС СЗО в своем Постановлении от 6.12.2007 по делу № А26-3643/2007 также указывает на тот факт, что должностное лицо должно сделать все возможное для недопущения нарушений своими работниками.

Обращаем ваше внимание также на тот факт, что нарушение правил применения кассовой техники может повлечь за собой и другие нарушения, ответственность за которые уже гораздо серьезнее, а сроки привлечения к ней — значительнее. Во-первых, это ответственность за нарушение порядка ведения кассовых операций (ст. 15.1 КоАП), которая выражается в штрафе для руководителя в размере 4 000–5 000 руб., а для компаний — в 10 раз выше. В качестве примеров таких нарушений можно привести расхождение реальной и отчетной сумм наличных денежных средств в кассе в связи с неприменением ККТ при совершении торговых операций (что может, в свою очередь, привести к превышению дневного лимита наличности в кассе), неоприходование денежных средств в кассу при нарушении фискального режима ККТ. Во-вторых, если нарушение вылилось в занижение налогооблагаемой базы, руководитель может быть привлечен к административной ответственности по ст. 15.11 КоАП РФ (штраф в размере 2 000–3 000 руб.) и даже к уголовной ответственности по ст. 199 УК РФ, которая предусматривает штраф в размере до 500 000 руб. (в случае если сумма неуплаченных налогов и (или) сборов за три финансовых года подряд составила более 2 млн руб., при этом доля неуплаченных налогов и (или) сборов превышает 10 процентов подлежащих уплате сумм) и даже лишение свободы на срок до 6 лет (в случае если сумма неуплаченных налогов и (или) сборов за три финансовых года подряд составила более 6 млн руб.). Параллельно управляемая директором компания привлекается к налоговой ответственности (ст. 120, 122 НК РФ), обычно сильно бьющей по карману предприятия. Также нарушение правил пользования ККТ может привести к ответственности за нарушение специального законодательства. Например, если время продажи, указанное на чеке, отличается от реального времени продажи более чем на 5 минут (нарушение по ст. 14.5 КоАП РФ), что выявило факт продажи алкоголя в то время, когда его реализация запрещена законодательством, к юридическому лицу и его руководителю будут применены меры ответственности по п. 3 ст. 14.16 КоАП РФ.

Что касается реализации товара через ИРнтернет, продавец также обязан соблюдать требования закона 54-ФЗ, а именно выдавать кассовые чеки (в установленных законом случаях — БСО или иные подтверждающие операцию документы). Ввиду того, что одним из обязательных требований к кассовому чеку является отклонение времени его печати от времени фактической оплаты не более чем на пять минут (как это было обозначено ранее), при оплате покупателем товаров при их получении, курьер должен брать с собой мобильный кассовый терминал для выдачи покупателю чека надлежащего вида. Если продавец хочет избежать таких сложностей, он должен предусмотреть оплату товара исключительно в безналичной форме (с использованием реквизитов банка продавца) — в этом случае денежные средства поступают сразу же на расчетный счет продавца, минуя кассу, и он не должен использовать ККТ. Более подробные разъяснения регуляторов можно найти в письме Минфина РФ № 03-01-15/14052 от 31.03.2014.

Ну и напоследок. Среди собственников бизнеса сейчас «в моде» взыскивать с руководителя сумму убытков компании, понесенных ей в случае недобросовестных действий этого руководителя. Данной теме даже посвящено Постановление Пленума ВАС № 62 от 30.07.2013. Это может быть, например, возмещение всех уплаченных компанией административных и налоговых штрафов. Таким образом, любые умышленные нарушения генерального директора могут вылиться для него в серьезную головную боль и материальные затраты, значительно превышающие выгоду от оных.

В «Газпромбанке» внедрены «Главная книга» и автоматизированная система обогащения данных для отчетности

2015-05-22T09:10:34Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''В разделе <span style="color:#0645AD">«Масштабные проекты»</span> на портале [http://www.cnews.ru/ CNe…»

В разделе «Масштабные проекты» на портале CNews опубликован пресс-релиз системы «Главная бухгалтерская книга банка», разработанной нашей компанией. Ознакомиться с предпосылками проекта, функциональными особенностями «Главной книги», результатами внедрения системы, а также участниками проекта можно в материале «В „Газпромбанке” внедрены „Главная книга” и автоматизированная система обогащения данных для отчетности», подготовленном для обзора «ИТ в банках и страховых компаниях 2013».

Более полутора лет в ГПБ (ОАО) эксплуатируется система «Главная бухгалтерская книга банка» («Главная книга»), разработанная компанией CUSTIS для поддержки централизованного учета в банке. Одновременно была разработана и внедрена в опытно-промышленную эксплуатацию автоматизированная система обогащения данных «Компонент разметки отчетности» (АС КРО).

Новый фронт рынка ИТ-услуг: управление ИТ-ландшафтом госкорпораций

2015-05-21T14:30:08Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Дмитрий Морозов, ведущий специалист по про…»

Дмитрий Морозов, ведущий специалист по проектированию IT-инфраструктурных решений, и Виталий Филиппов, ведущий разработчик, прокомментировали вопрос информационной безопасности с точки зрения рентабельности в обзоре «Рынок ИТ-услуг» на портале CNews. Рентабельно ли создавать изначально «безопасное» ПО или стоит улучшать его по мере необходимости? Для каких отраслей безопасность информации наиболее актуальна? Какие связанные с защитой данных тенденции наблюдаются в разработке? Об этом — в материале «Новый фронт рынка ИТ-услуг: управление ИТ-ландшафтом госкорпораций» на сайте.

Дмитрий Морозов: Компания-разработчик находится в постоянном поиске баланса между рисками получить коммерчески неуспешный продукт — например, слишком дорогой или неудобный в использовании — и рисками создать небезопасное решение. Всегда приходится выбирать между различными характеристиками ПО, иногда чем-то жертвуя в пользу других коммерческих преимуществ. Этот выбор зачастую зависит от отрасли, к которой относится потребитель ПО.

В ряде сфер, например, в банковском и государственном секторе, в системах защиты информации и персональных данных или поддерживающих критически важные объекты жизнедеятельности успешность продукта во многом определяется именно его безопасностью и отказоустойчивостью.

В таких отраслях наработаны серьезные компетенции по проверке и тестированию ПО, компании-разработчики значительную часть бюджета вкладывают в вопросы безопасности, от них требуется наличие различных видов сертификаций, специфических для каждой отрасли. Но, к сожалению, даже при значительных бюджетах и серьезном отношении к проверке гарантировать полное отсутствие ошибок, связанных с безопасностью ПО, нельзя хотя бы потому, что постоянно появляются новые виды угроз.

В отраслях, где функционал или дизайн ПО намного важнее безопасности (например, во многих стартапах, не связанных с Интернетом и перечисленными выше отраслями), разработчики максимально ужимают бюджет тестирования безопасности. В таких системах важнее как можно быстрее добавлять новый функционал в ПО, а ошибки, связанные с безопасностью, «латать» позже, выпуская апдейты.

Виталий Филиппов: Не вполне корректно рассматривать информационную безопасность с точки зрения рентабельности или соревнования бюджетов, если, конечно, речь не идет о простейших атаках с помощью «грубой силы» типа DDoS. «Рентабельность безопасности» вообще трудно подсчитать, поскольку затраты на информационную безопасность не приносят непосредственной прибыли, а их отсутствие не гарантирует убытка. Вопрос не в том, рентабельно ли создавать изначально безопасное или небезопасное ПО. Вопрос в том, что во втором случае обеспечить безопасность гораздо сложнее в принципе. Когда система уже создана, поиск и исправление уязвимостей может напоминать затыкание дыр в лодке, разламывающейся пополам. Да, систем, созданных именно так, много, и да, именно по этой причине существуют инструменты, призванные обеспечить защиту таких систем. Однако мировые эксперты сходятся во мнении, что лучше всего с самого начала рассматривать изъяны безопасности так же, как и обычные ошибки функционала, и сразу включать их в цикл разработки.

В этом случае и поиск, и исправление, и предотвращение появления новых уязвимостей происходит гораздо быстрее и эффективнее. И даже команды разработчиков при этом начинают лучше относиться к работе над безопасностью, чем в ситуации, когда после аудита и сдачи уже собранной версии в ней внезапно обнаруживается масса проблем. К тому же часть из них будут ложными, поскольку автоматические инструменты анализа обычно генерируют массу false positives, а когда ПО уже написано, фильтровать это нелегко. Поэтому внимание вопросам безопасности должно уделяться всегда, и разработчики должны быть в курсе хотя бы простейших видов атак.

Сейчас наиболее критичная ситуация с безопасностью веб-приложений. Согласно различным исследованиям, большая часть успешных атак совершается именно на них. Причин тому много: веб-приложения почти всегда доступны публично, часто работают с критичными пользовательскими данными, к тому же веб-разработка стала очень распространена, а уровень специалистов в целом невысок. Многие веб-разработчики не знают элементарных правил написания кода, защищенного хотя бы от простейших видов атак. Кроме того, вопросы безопасности особенно актуальны при использовании динамических языков программирования, поскольку в этих языках легче допустить ошибки, ведущие к определенным видам уязвимостей, а код на них проанализировать статически сложнее. Универсальные «коробочные» CMS, часто используемые системы управления сайтом, также изобилуют критичными уязвимостями и являются очень ярким примером того, что безопасность при разработке должна закладываться с самого начала.

Легко ли стать аналитиком?

2015-05-21T13:24:50Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Максим Цепков, наш главный архитектор дирекц…»

Максим Цепков, наш главный архитектор дирекции развития решений, дал интервью оргкомитету конференции Analyst Days. В нем он рассказал о том, почему бизнес-аналитики необходимы компании и какую роль они выполняют, а также прокомментировал возможности профессионального развития в данной сфере. Об этом, а также о том, почему стоит посетить конференцию Analyst Days, — в материале «Легко ли стать аналитиком?» на «Хабрахабре».

Зачем компаниям нужны бизнес-аналитики, какую роль они выполняют?

Роль бизнес-аналитика зависит от модели разработки ПО, которую использует компания, а также от разделения ответственности за проект между компанией-разработчиком и заказчиком.

Существует несколько распространенных моделей, но могут применяться их комбинации.

Бизнес-аналитик работает «в поле», контактирует с представителями заказчика и собирает требования, которые затем передаются «главному проектировщику» или «архитектору» как исходная информация для проектирования. В дальнейшем он является коммуникатором между архитектором и заказчиком.
Бизнес-аналитик выступает в роли непосредственного заказчика для разработчиков. Он формирует некоторый непротиворечивый набор требований или даже бизнес-модель, описывающую функционал системы, причем прорабатывает их до такой степени, что дальше разработчик может сам вести проектирование. Затем аналитик передает требования в разработку, принимает сделанную работу и обеспечивает внедрение.
Бизнес-аналитик рассматривается как следующая ступень роста аналитика (системного), который является специалистом в проектировании, но без знания специфики предметной области. А по мере освоения предметной области или нескольких он становится бизнес-аналитиком.

Во всех моделях от бизнес-аналитиков требуется знание предметной области и умение общаться с заказчиком на его языке. А вот различия касаются области ответственности бизнес-аналитика в рамках проекта.

Почему бизнес-анализ считается более сложной, чем программирование и тестирование, сферой деятельности?

Бизнес-анализ находится на стыке предметной области и проектирования и требует свободного владения сразу двумя языками — «языком заказчика» и «языком программиста». При этом «языки заказчика» различны для разных отраслей и даже для разных компаний в пределах одной отрасли, и от бизнес-аналитика требуется умение быстро ориентироваться и осваивать новую для него область при отсутствии какой-либо системно организованной информации и времени на обучение. Такие навыки нечасто встречаются у разработчиков, поэтому бизнес-анализ и считается более сложной областью. Но при этом бизнес-аналитикам нужны хорошие навыки проектирования, которые не всегда имеются у специалистов, пришедших из бизнес-области, а не из ИТ, а бизнес-аналитик без навыков проектирования не считается квалифицированным. Что касается тестировщиков, то им также нужны знания предметной области в тех случаях, когда они проводят полноценное функциональное тестирование. Но умения проектировать от них не требуется.

Впрочем, это касается моделей 2 и 3 из первого вопроса. А в модели 1 работа бизнес-аналитика не считается более сложной, она вполне сравнима с другими, просто имеет свою специализацию.

Можно ли стать аналитиком сразу после вуза?

Можно. Только младшим, которого будут обучать старшие товарищи. А от самого начинающего аналитика нужна активность и жажда знаний, желание работать. Тогда по мере накопления опыта будет расти квалификация и спектр решаемых задач. Собственно, здесь аналитик ничем не отличается от других профессий.

Почему разделяют системный анализ и бизнес-анализ?

Потому что это разные активности, знания и навыки. В системный анализ выделяют проектирование, «очищенное» от предметной области. Это естественный процесс дифференциации деятельности по видам. А дальше в разных проектах могут быть нужны разные виды деятельности и они могут по-разному распределяться между ролями.

В упомянутой выше модели 1 бизнес- и системный анализ четко разделены между разными людьми. В модели 3 они объединены как две активности бизнес-аналитика, который при этом может отдавать отдельные задачи по проектированию подчиненному ему «простому» (или системному) аналитику. А в модели 2 бизнес-аналитику обычно отдается концептуальное системное проектирование, возможно, совместно с разработчиком, а детальное остается на разработчике.

Каковы главные качества хорошего аналитика? Каковы «антикачества»?

Главное качество — это хорошее концептуальное мышление, позволяющее быстро строить модели в условиях недостатка информации, дополненное развитыми коммуникативными навыками для получения этой информации, а также трансляции и обсуждения своих моделей. Это комплексное качество, но именно оно придает деятельности цельность. Только встречается оно, к сожалению, очень редко. Вот и начинается разбор — а какой «недоаналитик» лучше, — и при этом точка зрения обычно зависит от проблем в проектах отвечающего на вопрос. А если в позитиве — то все эти стороны деятельности необходимо обеспечивать одним или несколькими людьми, работающими совместно, и надо просто понимать, как вы будете это делать.

Кому аналитики нужнее — продуктовым компаниям или аутсорсинговым?

Это зависит от конкретного проекта, этапа его жизненного цикла и разделения обязанностей между разработкой и маркетингом в случае продуктовой компании и между компанией и заказчиком — для аутсорсинговой. И в тех, и в других есть определенный набор активностей, имеющих отношение к анализу в самом широком смысле. Но реализованы они могут быть по-разному — выделением отдельных ролей или возложением дополнительных функций на другие. От этого зависит, будет ли в конкретном проекте выделенный аналитик или его обязанности будут «размазаны» между несколькими сотрудниками, играющими другие роли.

Можно ли стать хорошим аналитиком, не общаясь с коллегами и не посещая отраслевые конференции?

Наверное, можно. Потому что сейчас существует множество каналов и способов получения информации из внешнего мира. И можно вместо общения с коллегами и конференций читать книги, искать информацию в Интернете и учиться на тренингах. Каждый выбирает тот способ, который ему удобнее. Однако совершенно точно нельзя стать хорошим аналитиком, если не учишься, не следишь за развитием своей профессиональной области, за появлением новых методов и подходов. И для меня лично конференции — это самый эффективный способ «быть в курсе». Потому что на них собираются аналитики разной квалификации из самых разных компаний, чтобы рассказать о своих проблемах и решениях; и они уже отфильтровали из огромного потока информации то, что показалось им самым ценным, а часто — даже успели опробовать это в своей работе. К тому же, услышав что-то новое, всегда можно «вживую» пообщаться с тем, кто в курсе и пробовал, обсудить с ним приложение к твоим проблемам — обычно люди охотно делятся своим видением, по сути, дают бесплатные консультации, ведь, обсуждая, они тоже продвигаются в своем понимании. И я сам, несмотря на очень большой опыт работы, на каждой конференции открываю для себя что-то новое.

Почему тому, кто работает или хочет работать аналитиком, стоит ехать/идти именно на Analyst Days?

Потому что сейчас в постсоветском пространстве это одна из двух профильных аналитических конференций (вторая — Летний Аналитический Фестиваль). Уровень докладов и общения на ней очень достойный, и это эффективный способ узнавать новое и профессионально развиваться. При этом в смежные с конференцией дни всегда проходят тренинги ведущих аналитиков, помимо мастер-классов на самой конференции, и это тоже отличная возможность поучиться новому. Надо сказать, что тренинги на конференции отличаются от «штатных» тренингов в учебных центрах тем, что именно на них тренеры пробуют новые формы, рассказывают о том, что сами недавно освоили или осознали. Так что это замечательный способ «прочувствовать» работу аналитика для тех, кто собирается развиваться в этом направлении, а для опытных специалистов — возможность посмотреть, что происходит в профессиональной сфере, и поучиться новому.

Особенности управления молодыми талантами

2015-05-21T12:24:58Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Анна Рид, наш HR-партнер направлений «Финансовые …»

Анна Рид, наш HR-партнер направлений «Финансовые институты» и «Государственный сектор», рассказала журналу «Кадровый менеджмент» о том, каким образом в нашей компании организована работа с молодыми специалистами. Каким образом удается установить контакт с такими сотрудниками? Как поддержать атмосферу уважения и взаимопонимания между специалистами разного возраста? В чем заключаются особенности и сложности подбора молодых талантов? Об этом — в материале «Особенности управления молодыми талантами» в бумажной версии издания.

«Кадровый менеджмент»: Как вы устанавливаете контакт с молодыми людьми, которые работают в вашей компании? Какие трудности у вас возникают в связи с этим?

Анна Рид: Выстраивание коммуникаций, взаимодействия с молодыми специалистами начинается задолго до того, как ребята попадают к нам в компанию. Основными площадками для общения выступают студенческие мероприятия, которые организуют ведущие вузы, — ярмарки вакансий, дни карьеры, специальные карьерные форумы для молодых айтишников (такие как «Найти ИТ» и Geek Picnic), а также наши открытые семинары, которые мы организуем специально для студентов и молодых специалистов.

Мы заботимся о том, чтобы на всех уровнях коммуникации — от общения на ярмарках до собеседования — молодые специалисты получали хорошее представление о нашей корпоративной культуре, особенностях организации работы в компании и проектах, в которых им предстоит принимать участие, и всегда стремимся предоставить ребятам возможность пообщаться с будущим коллегами.

Основные сложности обнаруживаются при «погружении» молодых специалистов в производственный процесс. Они связаны с организацией общего информационного пространства с другими участниками проектов, адаптацией и усвоением опыта команды. К тому же внимание молодых специалистов нередко бывает сосредоточено на многих вещах, помимо работы.

Передача знаний и опыта в компании происходит постоянно благодаря внутренним семинарам, развитой системе управления знаниями (включающей, в частности, общекорпоративные и проектные wiki-порталы), институту кураторства и наставничества — все это помогает сократить компетентностный и контекстный разрывы между сотрудниками разных поколений.

«Кадровый менеджмент»: Как вы поддерживаете атмосферу уважения между сотрудниками компании разного возраста?

Анна Рид: Когда в рамках команд и подразделений работают специалисты разных возрастов, мы учитываем поколенческие и культурные особенности их взаимодействия, вырабатываем индивидуальный подход, который достигается в диалоге между всеми сторонами и не выходит за рамки корпоративной культуры и базовых принципов организации работы.

Как правило, такой подход охватывает сразу несколько аспектов, позволяющих сделать взаимодействие наиболее продуктивным и гармоничным:

личностные особенности сотрудников;
формы организации совместной работы;
требования к результатам работы;
организация и формы внутригрупповых коммуникаций.

«Кадровый менеджмент»: В чем особенности подбора молодых талантов для вашей компании? Есть ли специфические трудности?

Анна Рид: Особенности поиска талантливых специалистов и основные трудности для HR связаны с процессами отбора и оценки, причем на всех этапах — от выбора источников и методов привлечения до прохождения молодыми сотрудниками испытательного срока.

Мы тщательно подходим к поиску источников привлечения молодых специалистов — вузов и специальностей, профессиональных сообществ и групп (как на IT-конференциях и форумах, так и в медиапространстве, в частности, в социальных сетях). Конечно, основными для нас являются наши собственные площадки — открытые семинары для молодых IT-специалистов и стажировки, — где мы можем с довольно высокой вероятностью «выцепить» «наших» ребят — талантливых, коммуникабельных и сокультурных компании.

Критерии оценки базируются на принципах корпоративной культуры — открытости коммуникации, гибкости, вариативности и системности мышления, ориентации на бизнес-ценности и профессиональное развитие, широте кругозора. На финальном собеседовании и в течение испытательного срока мы оцениваем большой спектр профессиональных, личностных и социокультурных компетенций, к которым относятся знание конкретных технологий и методологий, понимание процесса разработки программного обеспечения, самостоятельность, эффективность и производительность в условиях динамично меняющейся среды, ориентация на качественный результат, эффективность коммуникаций.

Недействительные сделки: новеллы регулирования

2015-05-21T11:28:23Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Екатерина Соколова, руководитель юридичес…»

Екатерина Соколова, руководитель юридического отдела нашей компании, рассказала газете «эж-Юрист» об изменениях в Гражданском кодексе относительно правового регулирования сделок. В чем заключается суть новых норм? Какими пунктами был дополнен перечень критериев существенности заблуждения при совершении сделки? Какие интересные выводы были представлены в Информационном письме Президиума ВАС РФ в поддержку принятых изменений? Об этом — в материале «Недействительные сделки: новеллы регулирования» в бумажной версии издания.

Как известно, за последнее время Гражданский кодекс претерпел значительные изменения ввиду вступления в силу пакетов поправок в рамках реформы гражданского законодательства. Федеральный закон от 07.05.2013 № 100-ФЗ (первый пакет поправок) существенно изменил правовое регулирование сделок. Изменения коснулись и условий недействительности сделок, в частности, были значительно переработаны формулировки ст. 178 и ст. 179 ГК РФ, устанавливающие правила признания недействительными сделок, совершенных лицом под влиянием заблуждения или обмана (насилия, угрозы).

В редакции ГК РФ, действующей с 1 сентября 2013 года (после вступления в силу закона № 100-ФЗ), почти в полном объеме были учтены предложения Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации. В частности, нынешняя редакция ст. 178 ГК РФ расширила перечень критериев существенности заблуждения, дополнив его:

очевидными ошибками;
заблуждениями о контрагенте сделки либо о лице, связанном со сделкой;
заблуждениями относительно обстоятельств, из которых сторона с очевидностью для контрагента исходит при заключении сделки.

При этом упоминаемые в предыдущей редакции критерии (заблуждение относительно предмета или природы сделки) сохранились и в текущей редакции. Также список критериев в действующей редакции статьи, очевидно, является открытым, о чем говорит словосочетание «в частности», что позволяет избавиться от необходимости расширительного толкования статьи судами.

Еще одним новшеством действующей редакции является то, что теперь закон оставляет возможность сохранить сделку, если:

другая сторона согласна на трактовку условий сделки в понимании заблуждающейся стороны (измененные соответствующим образом формулировки сделки фиксируются судом в решении по делу);
заблуждение было таким, что его невозможно было распознать лицу, действующему со всей разумностью и осмотрительностью.

Очевидно, указанными изменениями законодатель пытается встать на защиту стабильности гражданского оборота: приоритетным является сохранение заключенных сделок действительными и защита прав добросовестных лиц, действия которых направлены исключительно на получение исполнения по сделке.

Последняя новелла статьи заключается в смягчении формулировок о возмещении ущерба сторонам сделки, признанной недействительной. Напомним: ранее стороне, по иску которой сделка признавалась недействительной, контрагент был обязан возместить реальный ущерб от признания сделки недействительной, если заблуждавшийся истец доказывал, что заблуждение возникло по вине контрагента. В противном случае истец сам должен был возместить ущерб от признания сделки недействительной контрагенту. Никакой вариативности указанная формулировка не предполагала и носила явно императивный характер. Сейчас же истребование убытков является правом пострадавшей от признания сделки недействительной стороны. Акценты смещены в пользу заблуждающейся стороны: теперь она должна возместить реальный ущерб по требованию контрагента только в том случае, если не докажет, что контрагент знал или должен был знать о наличии заблуждения. Заблуждающаяся же сторона имеет право требовать возмещения причиненных ей убытков (включая упущенную выгоду), если докажет, что контрагент отвечает за возникновение таких заблуждений.

Что касается новшеств ст. 179 ГК РФ, то теперь в статье подробно формулируется дефиниция обмана, согласно которой обманом признается также умолчание об обстоятельствах, которые виновная сторона должна была сообщить при должной добросовестности, а также обман третьими лицами, если виновная сторона знала или должна была знать о таком обмане. Доказывать знание об обмане может, в частности, тот факт, что третье лицо является работником, представителем виновной стороны либо содействовало ей в совершении сделки.

Конфискация дохода виновной стороны была упразднена, а риск гибели предмета сделки до момента свершения реституции несет виновная сторона, которая также должна возместить все убытки по требованию потерпевшей стороны (ранее речь шла только о реальном ущербе).

В развитие нового прочтения ст. 178 и ст. 179 ГК РФ было опубликовано Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 10.12.2013 № 162, обобщающее сложившуюся практику применения арбитражными судами указанных статей. Практика, изложенная в письме, вполне созвучна с нынешними формулировками ст. 178 и ст. 179 ГК РФ и конкретизирует их. Примечательно, что значительная часть практики, описанная в письме, формировалась (очевидно, под влиянием Концепции) еще до вступления в силу новой редакции ГК РФ. Чтобы не повторять нормы закона, обратимся лишь к некоторым, наиболее интересным выводам, изложенным в информационном письме.

Заблуждение относительно правовых последствий сделки не является основанием для признания сделки недействительной. Суд не принимает позицию, основывающуюся лишь на том, что лицо не осознавало правовые последствия заключаемой сделки. Иное правоприменение может дать почву для различных злоупотреблений. Суд отмечает, что заблуждение относительно правовых последствий сделки не может приравниваться к заблуждению относительно правовой природы сделки, упоминаемому в ст. 178 ГК РФ, поскольку если лицо было нацелено именно на совершение данной сделки, то оно должно осознавать ее правовые последствия.
Ст. 178 ГК РФ не может применяться в случае, если истец знал или должен был знать об оспариваемом обстоятельстве. Суд отказывается от формального прочтения норм закона и апеллирует к здравому смыслу: если лицо знало о том, что условие договора (в частности, его предмет) не соответствует действительности, оно не может в дальнейшем ссылаться на некорректность условия и, как следствие, на свое заблуждение, поскольку фактически заблуждение отсутствует. Также не стоит рассчитывать на лояльность суда, если истец при должной осмотрительности должен был знать о несоответствии спорных условий сделки действительности. Степень осмотрительности при этом определяется судом.
Наличие иных способов защиты нарушенного права не лишает сторону права ссылаться на недействительность сделки. Например, если лицо предоставило вещь ненадлежащего качества, которая не соответствовала описанию предмета договора, пострадавшая сторона имеет право требовать признания сделки недействительной как заключенной под влиянием заблуждения или обмана вместо использования иных средств защиты права, предусмотренных, например, ст. 475 ГК РФ (о последствиях передачи товара ненадлежащего качества).
Обман может возникнуть только в отношении того обстоятельства, о котором виновная сторона должна была сообщить при той добросовестности, которая от нее требуется по правилам оборота. Если из существующих правил оборота не следует обязанность стороны сообщать о каких-либо обстоятельствах, положения ст. 179 ГК РФ в данном случае не могут применяться.
Сделка признается по требованию стороны недействительной как совершенная под влиянием обмана, если обман совершен третьим лицом, привлекаемым другой стороной сделки. При этом доказательств факта сговора виновной стороны и третьего лица не требуется — достаточно самого факта привлечения виновной стороной к оформлению сделки недобросовестного лица. Доводы о том, что ст. 179 ГК РФ в данном случае не применяется, а потерпевшая сторона должна обращаться с иском о возмещении убытков к недобросовестному третьему лицу, судом не учитываются.
Сделка признается недействительной как совершенная под влиянием обмана только в том случае, если обстоятельства, в отношении которых имеет место обман, могли повлиять на решение обманутой стороны о заключении сделки.
По требованию юридического лица сделка может быть признана недействительной как совершенная под влиянием злонамеренного соглашения органа управления этим юридическим лицом с другой стороной сделки. Указанный вывод нацелен на защиту прав юридического лица (его участников) от деятельности недобросовестных органов его управления, что является одним из основных трендов судебной практики последнего времени. Ярким примером является постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».
Заключение сделки на крайне невыгодных условиях является обязательным условием для признания сделки недействительной как кабальной. В иных случаях (например, при заключении сделки под влиянием обмана) закон не предусматривает специального условия (крайней невыгодности сделки) для признания ее недействительной.
Ниже перечислены, наверное, самые интересные выводы суда по признанию сделки недействительной как совершенной под влиянием угрозы.
- Суд в явном виде указал, что отказ в возбуждении уголовного дела по факту угроз не является препятствием для признания сделки недействительной — иные доказательства угроз также принимаются судом во внимание. В данном случае суд косвенно ставит под сомнение компетентность работников правоохранительных органов.
- В случае признания сделки, совершенной под влиянием угроз, недействительной, с лица, понудившего иное лицо совершить данную сделку, в пользу потерпевшего лица могут быть взысканы убытки, не имеющие прямого отношения к оспариваемой сделке. В рассматриваемом случае это были расходы на оплату услуг частного охранного предприятия.
- Угроза, выражающаяся в совершении хоть и правомерного, но невыгодного для потерпевшей стороны действия, также может быть признана достаточным основанием для признания сделки недействительной как совершенной под влиянием угрозы. Например, речь может идти об угрозе доноса о неуплате налогов пострадавшей стороной в налоговую инспекцию.

Помимо практики, рассмотренной в письме Президиума ВАС, небезынтересным представляется постановление Суда по интеллектуальным правам от 27.12.2013 по делу № А40-20795/2013, в котором суд, помимо прочего, сделал справедливый вывод о том, что использование терминологии лицензионного договора в по сути сублицензионном договоре не является основанием для признания сделки недействительной, поскольку указанные договоры имеют одинаковое регулирование, а лицензиату правообладателем предоставлены все полномочия на совершение спорной сделки. Важнейшим выводом суда в данном постановлении является то, что «суд должен оценить обстоятельства и доказательства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательства, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ». Бесспорно, именно такими принципами должны руководствоваться суды при разрешении дел.

Ну и, конечно, обзор судебной практики был бы неполон без практики судов общей юрисдикции. В настоящий момент на рассмотрении находится интересное дело о признании недействительной доверенности на продажу квартиры как совершенной под влиянием заблуждения, угрозы и обмана. Первая и апелляционная инстанции отказали истице в удовлетворении иска, однако ВС РФ в своем определении от 25.03.2014 № 4-КГ13-40 отменил апелляционное определение и направил дело на повторное рассмотрение, поскольку судами были недостаточно полно оценены доводы истицы, а именно факт психологического давления со стороны ответчика и недобросовестное исполнение своих обязанностей третьей стороной — нотариусом, который не озвучил текст подписываемой доверенности истице, что и могло ввести ее в заблуждение, несмотря на то, что текст доверенности, уполномочивающей ответчика распоряжаться квартирой истицы, был передан истице на руки. Таким образом, ВС РФ указал на то, что в делах об оспаривании сделок по ст. 178 и ст. 179 ГК РФ суду надо исследовать все обстоятельства дела и доводы сторон максимально полно и всесторонне. Будем ждать финального решения по указанному делу.

Недействительность сделок в практике ВАС РФ

2015-05-21T10:07:17Z

KseniyaKirillova:

Инна Паламарчук, ведущий юрист, рассказала газете «эж-Юрист» о том, какие вопросы и сложности повлекло за собой вступление в силу изменений в Гражданском кодексе РФ относительно недействительности сделок. В чем заключается суть данных изменений? Какие сделки следует относить к посягающим на публичные интересы или права третьих лиц? Почему в данный момент без формирования судебной практики невозможно окончательно уяснить порядок применения новых норм? Об этом — в материале «Недействительность сделок в практике ВАС РФ» в бумажной версии издания.

В связи со вступлением в силу с 1 сентября 2013 года Федерального закона № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» регулирование некоторых привычных институтов подверглось изменениям. Если ранее ст. 168 ГК РФ содержала указание на ничтожность сделки, не соответствующей требованиям закона или иных правовых актов, то с 1 сентября 2013 года презюмируется оспоримость такой сделки. Теперь сделка признается действительной до принятия решения суда об обратном. Данное изменение нацелено на укрепление стабильности оборота: если стороны согласились на определенные условия договора, которые, возможно, и не соответствуют закону, то должны их выполнять или обратиться в суд в установленный п. 2 ст. 181 ГК РФ и равный одному году срок. Презумпция ничтожности сделки закреплена в п. 2 ст. 168 ГК РФ. В соответствии с этим пунктом, необходимо наличие нарушений требований закона или иного правового акта и при этом сделка должна посягать на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. При этом сделка является ничтожной в случае, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Таким образом, п. 1 ст. 168 ГК РФ применим к ситуациям, когда стороны, заключив сделку, нарушили императивную норму, нацеленную на защиту самой стороны договора; а п. 2 ст. 168 ГК РФ, в свою очередь, распространяется на случаи, когда сделка посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц (а не сторон сделки).

Ключевым является вопрос о том, какие сделки следует относить к посягающим на публичные интересы и (или) права третьих лиц. Принимая во внимание, что разъяснений по этому вопросу нет, остается лишь надеяться, что суды будут с осторожностью определять, наличествует ли нарушение публичных интересов или прав третьих лиц. Существует опасность, что практика столкнется с проблемой неопределенности понятия «публичные интересы». Если применить расширительное толкование, то публичные интересы — это обеспечение соблюдения законов, ведь именно в этом состоит интерес общества. В целом есть основания надеяться, что суды будут исходить из узкого толкования в целях обеспечения стабильности гражданского оборота. Говоря о нарушениях прав и охраняемых законом интересов третьих лиц в широком смысле, необходимо отметить, что к таковым относятся любые ограничения прав, предусмотренных законом. В узком смысле нарушение прав и интересов третьих лиц предполагает совершение сделки, нарушающей конкретную норму права, а также интересы лица, затронутые сделкой.

К сделкам, потенциально затрагивающим публичные интересы, можно отнести следующие.

Сделки, совершение которых нарушает запрет или ограничение, установленные в законодательстве о банкротстве
Согласно разъяснениям Пленума ВАС РФ, изложенным в абз. 4 п. 4 Постановления от 23.12.2010 № 63, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10 и ст. 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. Эта же позиция нашла отражение в Постановлении Президиума ВАС РФ от 27.11.2012 № 11065/12. В момент авалирования векселей концерн «Ижмаш» (векселедатель) и общество «Ижмашэнерго» (авалист) уже отвечали признакам неплатежеспособности, в связи с чем удовлетворение вексельного требования в обычном порядке не могло производиться. Более того, принятые обществом «Ижмашэнерго» обязательства по вексельным поручительствам превышали стоимость активов авалиста. В данном случае стороны знали о сложившейся ситуации, а значит, векселедержатель должен был знать о недействительности сделок по авалированию векселей. На этом основании было отказано во внесении требований по векселям в реестр требований кредиторов.

В Определении ВАС РФ от 15.05.2014 № ВАС-10044/11 в деле о банкротстве суд пришел к выводу, что даже в случае нарушения публичных интересов и интересов третьих лиц сделка может быть оспоримой при наличии иных обстоятельств. В рамках дела о банкротстве общества «Русское поле 1» конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительными действий по списанию открытым акционерным обществом «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее — банк) 15 549 334 рублей 9 копеек с расчетного счета должника в погашение задолженности, возникшей в связи с кредитованием этого счета банком, ссылаясь на ничтожность сделки. Суд, принимая во внимание всю совокупность обстоятельств, пришел к иному выводу. ВАС РФ указал, что правонарушение, заключающееся в передаче должником в преддверии его банкротства причитающегося кредитору с предпочтением (то есть в обход установленной законодательством о несостоятельности очередности) в ситуации, когда получивший исполнение кредитор знал или должен был знать о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным п. 3 ст. 103 прежней редакции Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и п. 1 ст. 61.3 действующей редакции того же закона. Сделка квалифицирована как оспоримая (с применением срока исковой давности по оспоримым сделкам), и указано, что в данном случае речь идет о дефекте сделки с предпочтением, когда отсутствуют иные недостатки сделки.
Сделки, совершенные с нарушением законодательства о закупках товаров, работ, услуг
В Постановлении Президиума ВАС РФ от 17.12.2013 № 12157/13 по делу № А28-5083/2012 указано на недействительность дополнительного соглашения к договору аренды лесного участка, находящегося в федеральной собственности, так как, исходя из целей проведения аукциона и положений ч. 2 ст. 74 ЛК РФ, недопустимо изменение арендной платы в сторону уменьшения, поскольку такое уменьшение приведет к нарушению прав иных участников аукциона, предлагавших меньшую сумму, чем победитель.
Сделки, совершенные с нарушением требований к публичным торгам, проводимым в рамках исполнительного производства
В качестве примера из практики можно привести Определение ВАС РФ от 09.01.2014 № ВАС-5243/06 по делу № А40-64205/05-30-39 (имущество было продано на публичных торгах, несмотря на отсутствие судебного акта и по заниженной цене, что свидетельствует о неустранимых пороках в организации и предмете торгов и посягает на публичные интересы). Сходное правовое разъяснение дано в п. 10 и п. 11 Информационного письма ВАС РФ от 22.12.2005 № 101 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства».

Существовавшая до 1 сентября 2013 года практика ВАС РФ содержит достаточное количество правовых позиций касательно недействительности сделок, основанных именно на их ничтожности. На данный момент не до конца понятно, применимы ли постановления, принятые до 1 сентября 2013 года. К примеру, совокупность ст. 10 и ст. 168 ГК РФ рассматривалась как основание для ничтожности, теперь же последствия неочевидны, а точнее зависят от усмотрения суда.

ВАС РФ в последние месяцы своего существования выпустил несколько постановлений, затронув в том числе и вопросы, касающиеся недействительности сделок: Постановление Пленума ВАС от 14.03.2013 № 16 «О свободе договора и ее пределах», Постановление Пленума ВАС от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью».

В постановлении Пленума ВАС № 16 в п. 4 явно указано, что если норма не является императивной, то ее следует квалифицировать как диспозитивную и, следовательно, отличие условий договора от содержания такой нормы не может служить основанием для признания этого договора или его отдельного условия недействительным на основании ст. 168 ГК РФ.

Постановление Пленума ВАС от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» указывает на возможность применения последствий ст. 10 и ст. 168 ГК РФ при подписании мирового соглашения. Учитывая природу мирового соглашения как гражданско-правовой сделки, нормы об одобрении крупных сделок и сделок с заинтересованностью подлежат применению. Суд, в свою очередь, не вправе признавать оспоримую сделку недействительной по своей инициативе, а следовательно, и отказывать в утверждении мирового соглашения под предлогом нарушения законодательства о крупных сделках или сделках с заинтересованностью, за исключением случаев, когда имеет место очевидное злоупотребление, при котором может идти речь о ничтожности сделки, в частности, на основании ст. 10 и ст. 168 ГК РФ, (пп. 3 п. 10 Постановления Пленума ВАС № 28).

Необходимо отметить, что для окончательного уяснения порядка применения ч. 2 ст. 168 ГК РФ остается либо ждать судебную практику, либо формировать ее. Верная квалификация сделки важна для оценки последствий, которые повлечет признание ее недействительной. Постановление Президиума ВАС от 18.03.2014 по вопросу о применении является характерным примером. Банк «Возрождение» обратился в ВАС с заявлением о пересмотре решений арбитражных судов. Между ООО «Самохвал» (признанным банкротом) и банком был подписан договор об отступном (о предоставлении недвижимого имущества), по условиям которого денежное обязательство общества по кредиту прекращалось. Договор об отступном впоследствии был признан недействительным, так как влек за собой предпочтительное удовлетворение требований банка перед другими кредиторами. Последствием недействительности договора являлся возврат недвижимого имущества должнику и восстановление задолженности последнего перед банком. Конкурсный управляющий полагал, что передача недвижимого имущества в качестве отступного привела к убыткам в виде неполученных арендных платежей в размере 59 049 399,38 рублей, поскольку до передачи в качестве отступного имущество сдавалось в аренду. Суды принимали решения в пользу ООО «Самохвал». Однако возможность возмещения убытков в связи с заключением недействительных сделок предусмотрена ст. 178 и ст. 179 ГК РФ. Норм о взыскании убытков ввиду совершения недействительной сделки с предпочтением нет. В данном случае из обстоятельств дела банк знал о признаке неплатежеспособности должника ранее вынесения решения суда о признании договора об отступном недействительной сделкой. Таким образом, банк неосновательно пользовался имуществом с момента получения такового. Если бы суды не применили ст. 1107 ГК РФ, это означало бы, что неосновательно обогатившееся лицо не было бы заинтересовано в скорейшем возврате и не несло бы негативных последствий. ВАС указал, что суды пришли к верным выводам, несмотря на то что истец предъявил не кондикционные требования, а требования о возмещении убытков.

Стандарты для труда (о соответствии условий труда государственным нормативным требованиям охраны труда)

2015-05-20T16:05:48Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Инна Паламарчук, ведущий юрист, рассказала …»

Инна Паламарчук, ведущий юрист, рассказала газете «эж-Юрист» о том, какие нормы на сегодняшний день регулируют оценку условий труда и порядок подачи декларации соответствия этих условий требованиям законодательства. Какие работодатели обязаны проводить специальную оценку труда на рабочих местах? В каких случаях проверка может быть проведена во внеплановом порядке? В чем состоят ключевые особенности процедуры по подаче декларации? Об этом — в материале «Стандарты для труда» в бумажной версии издания.

8 июня 2014 года начал действовать Приказ Минтруда России от 07.02.2014 № 80 н «О форме и порядке подачи декларации соответствия условий труда государственным нормативным требованиям охраны труда, Порядке формирования и ведения реестра деклараций соответствия условий труда государственным нормативным требованиям охраны труда», принятый во исполнение вступившего в силу с 1 января 2014 года Федерального закона от 28.12.2013 № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» (далее — Закон). Законодательство об охране труда предусматривает проведение оценки условий труда, предоставление гарантий и компенсаций, отражение в содержании трудового договора информации об условиях труда, а также о гарантиях и компенсациях за работу во вредных и (или) опасных условиях труда (см. Федеральный закон от 28.12.2013 № 421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О специальной оценке условий труда»). С 8 июня 2014 года регламентирован и порядок декларирования соответствия условий труда.

Согласно ст. 7 Закона, результаты специальной оценки условий труда применяются для предоставления работникам гарантий и компенсаций, предусмотренных Трудовым кодексом РФ, а также для установления дополнительных тарифов страховых взносов в ПФР, расчета надбавок (скидок) к тарифу взносов на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профзаболеваний и обоснования финансирования мероприятий по улучшению условий охраны труда.

Для начала необходимо определить, какие работодатели обязаны проводить специальную оценку условий труда и кто из них может подать декларацию соответствия. Дело в том, что до вступления в силу Закона существовали отдельные процедуры оценки труда на рабочих местах с вредными и опасными условиями труда: аттестация рабочих мест, специальная оценка условий труда, государственная экспертиза условий труда. Теперь же все регулируется едиными нормами, которые закрепляют возможность не проводить специальную оценку условий труда лишь в нескольких случаях: если нет работников (поскольку обязанность возлагается на работодателя), если работники есть, но они надомники или работают дистанционно, и если после аттестации рабочих мест не прошло пяти лет (ч. 4 ст. 27 Закона). Таким образом, если аттестация была проведена до 1 января 2014 года, «изменить» ее результаты можно только путем проведения специальной оценки, а до проведения таковой необходимо предоставлять гарантии и компенсации, требуемые по результатам аттестации.

Ст. 17 Закона предусмотрен перечень случаев, когда специальная оценка должна проводиться во внеплановом порядке. Порядок проведения оценки и подготовительные мероприятия прописаны в Законе. Самым простым сценарием является ситуация, когда вредные и опасные факторы на рабочем месте не идентифицированы, а условия труда признаны комиссией, состоящей из представителей работодателя и организации, имеющей право проводить специальную оценку, допустимыми. В таком случае работодатель должен подать в территориальное отделение ГИТ декларацию соответствия условий труда государственным нормативным требованиям охраны труда. Такая декларация действительна в течение пяти лет за исключением отдельных ситуаций — если произошел несчастный случай на производстве или было выявлено профзаболевание. Если же в течение пяти лет с работниками ничего не случится, то срок действия декларации продлевается еще на пять лет (ст. 11 Закона). Декларация подается работодателем в срок не позднее 30 рабочих дней со дня утверждения отчета о проведении специальной оценки в государственную инспекцию труда (и может быть также направлена в форме электронного документа) в отношении рабочих мест, то есть возможна ситуация, при которой декларация будет подана только в отношении отдельных рабочих мест, условия труда на которых не являются вредными или опасными. Сведения о декларации вносятся в реестр в течение 15 рабочих дней со дня поступления декларации. По истечении срока действия декларации в случае отсутствия несчастных случаев или выявления профессиональных заболеваний срок действия декларации продлевается на следующие пять лет. В случае же обнаружения вредных или опасных производственных факторов, подлежащих исследованиям и измерениям, формируется комиссия для их оценки исходя из государственных нормативных требований охраны труда.

Подача декларации соответствия — лишь одна из обязанностей работодателя. Основные вопросы и проблемы связаны именно с гарантиями и компенсациями лицам, занятым на работах во вредных и (или) опасных условиях труда. Очевидно, государство серьезно подошло к этому вопросу и стоит ожидать новых подходов к регулированию данной сферы (в том числе в связи с обязанностями работодателей по пенсионному обеспечению таких работников). К примеру, недавно стало известно о законопроекте, целью которого является закрепление обязанности индивидуальных предпринимателей, прекращающих свою деятельность, предоставить в архив всю информацию о зарплатах и стаже своего персонала. Предлагаемые меры должны усилить пенсионные гарантии для тех, кто работает на опасных и вредных производствах, а также в условиях Крайнего Севера. Подводя итоги, стоит отметить, что всем работодателям необходимо тщательно следить за изменениями в законодательстве, чтобы не упустить значимые изменения.

Легализация параллельного импорта

2015-05-20T16:03:42Z

KseniyaKirillova:

Екатерина Соколова, руководитель юридического отдела нашей компании, рассказала газете «эж-Юрист» о возможности легализации в России параллельного импорта. В чем суть поправок в Гражданском кодексе, вынесенных на обсуждение Федеральной антимонопольной службой? Какие причины послужили основой для подобной инициативы со стороны ФАС? Насколько радикальными будут изменения в регулировании параллельного импорта? Об этом — в материале «Легализация параллельного импорта» в бумажной версии издания.

В России может быть легализован параллельный импорт. Такое предложение продвигает Федеральная антимонопольная служба (ФАС), которая подготовила и вынесла на общественное обсуждение поправки к четвертой части Гражданского кодекса (ГК) РФ, предложив исключить из ст. 1487 данного кодекса слова «на территории Российской Федерации».

В настоящее время ст. 1487 ГК РФ устанавливается национальный режим исчерпания права на товарный знак: ввоз на территорию РФ и распространение товара с нанесенным на него товарным знаком является одним из способов использования товарного знака, лицо имеет право ввозить на территорию РФ брендированные товары только с разрешения правообладателя. При этом товар, ввезенный без разрешения правообладателя, может не быть контрафактным и ничем не отличаться от товара, ввезенного по официальным каналам поставки. С момента первой продажи официальным дилером товара в РФ он считается легализованным в России и запрашивать у правообладателя товарного знака разрешение на дальнейшее использование товарного знака, нанесенного на товар, не нужно.

Антиподом концепции национального исчерпания права является концепция международного исчерпания права, применяемая, например, в США: правообладатель лишается права на контроль использования брендированного товара с момента его первой продажи на территории любой страны мира.

Предложение ФАС России по легализации параллельного импорта вызвано вполне понятными и логичными причинами: национальный режим исчерпания права на товарный знак фактически закрепляет гегемонию монополистов-производителей товаров и их так называемых официальных дилеров. Поэтому неудивительно, что инициатива по легализации параллельного импорта исходит именно от антимонопольного органа. В случае законодательного закрепления принципа международного исчерпания права ввоз брендированных товаров в Россию будет осуществляться не только официальными дилерами, которые имеют привычку устанавливать на ввезенный товар монопольно высокие цены, но и иными лицами, что должно положительно отразиться на конкуренции на товарном рынке и в итоге привести к снижению издержек потребителей товаров.

Нельзя сказать, что эта инициатива неожиданная для российского бизнес-сообщества. В последнее время все чаще обсуждались вопросы легализации параллельного импорта в РФ, причем не только в бизнес-среде, но и на высшем политическом уровне. В частности, идейным вдохновителем указанных изменений выступил Первый заместитель Председателя Правительства РФ Игорь Шувалов.

Но и Шувалова сложно назвать революционером — в последние годы российская судебная практика идет по пути постепенного ослабления запрета на параллельный импорт товаров в Россию. Хотя надо признать, что судебная практика довольно неоднородна и постоянно меняется. Однако в любом случае ни одно громкое дело, связанное с параллельным импортом, нельзя назвать легким и однозначным. А одно из самых резонансных дел — дело «Байерише Моторен Верке Акциенгезельшафт» против ООО «АВТОлогистика» — до сих пор кочует от инстанции к инстанции.

Первый важный шаг к легализации параллельного импорта был сделан Президиумом ВАС в известном деле «Порше АГ» против ООО «Генезис». Суд сделал вывод о том, что «серый» товар не является поддельным (контрафактным), а, следовательно, к лицам, ввозящим в РФ товары в нарушение ст. 1487 ГК РФ, не может применяться ответственность по ст. 14.10 КоАП. Логику рассуждений судей в данном случае нельзя назвать бесспорной, однако в результате указанного постановления параллельные импортеры стали подвергаться лишь мерам гражданско-правовой ответственности.

Похожая логика применялась судом в деле Домодедовской таможни против ООО «АВТОлогистика» по поводу ввоза товаров, маркированных товарными знаками KAYABA и KYB. Более того, 9-й ААС в деле компании «Каяба Коге Кабусики Кайся» против ООО «АВТОлогистика» постановил, что исключительное право исчерпывается в случае законного введения товара в оборот даже на территории другой страны, поскольку правила ст. 1487 ГК РФ относятся исключительно к контрафактной продукции. Де-факто это означает судебное признание принципа международного исчерпания права.

Казалось бы, практика сложилась в пользу параллельных импортеров, если бы не следующее резонансное дело с участием того же ООО «АВТОлогистика», против которого выступала компания «Байерише Моторен Верке Акциенгезельшафт». Изначально все складывалось в пользу ООО «АВТОлогистика», но, начиная с 2012 г., суды встали на сторону правообладателя, и в настоящее время кассационная жалоба ООО «АВТОлогистика» находится на рассмотрении Суда по интеллектуальным правам.

Исходя из вышеизложенного, очевидно, что правовое регулирование, установленное нынешним КоАП и ГК, сильно устарело, трактуется судами неоднозначно и, следовательно, правила импорта товаров требуют эволюционного развития. Представляется, что установление принципа международного исчерпания права окажет благотворное влияние на развитие конкуренции, особенно на авторынке. Во-первых, сама правовая сущность национального принципа является неоднозначной. Товар приобретается с целью использования именно товара, но не товарного знака, размещенного на нем. Наличие товарного знака на товаре само по себе не улучшает его потребительские характеристики: мне как водителю все равно, есть на запчасти товарный знак производителя или нет, мне важно, чтобы товар был произведен именно данным производителем и обладал высоким качеством, что нельзя обеспечить одним только размещением отварного знака на продукте. Таким образом, товарный знак является лишь средством идентификации и, возможно, рекламы. Во-вторых, от расширения количества официальных каналов поставки товаров и формирования конкурентного рынка потребитель должен выиграть за счет конкурентного снижения цены товара — конечно, при должном контроле таможенных органов за подлинностью ввозимого товара.

Однако ФАС все-таки не предлагает радикальное изменение регулирования параллельного импорта. Новая редакция п. 2 ст. 1487 ГК РФ оставляет для производителей возможность установления национального режима при условии размещения ими производства на территории РФ. Это компромисс между сторонниками свободной конкуренции, крупными иностранными производителями и протекционистами, поскольку одна из целей национального режима — повышение ценовой привлекательности продукции, производимой на территории страны. Также законопроектом предусмотрена значительно отсроченная дата вступления его в силу — с 2020 г., что вкупе с указанным выше исключением некоторым образом «смазывает» общее положительное впечатление от законодательной инициативы.

В заключение напомню, что Россия, наряду с Беларусью и Казахстаном, является членом Таможенного союза, в рамках которого в настоящее время действует принцип регионального исчерпания права (как, например, в ЕС): товар считается свободным от прав на товарный знак с момента его легального ввоза на территорию любого из союзных государств. Теперь все три страны планируют отказаться от регионального принципа в пользу международного. При этом Казахстану придется менять правила второй раз: с 2012 г. под влиянием Таможенного союза вступили в силу изменения ст. 19 закона Республики Казахстан «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров», которые запретили параллельный импорт.

Обзор практики Конституционного Суда Российской Федерации за первый квартал 2014 года

2015-05-20T16:03:21Z

KseniyaKirillova:

Инна Паламарчук, ведущий юрист, прокомментировала для газеты «эж-Юрист» постановления Конституционного суда Российской Федерации, которые были изложены в соответствующем обзоре практики КС РФ за первый квартал 2014 года. Каких конституционных основ касаются решения, включенные в данный документ? Насколько значимыми и ожидаемыми являются положения, которые закреплены Обзором? В чем важность постановлений, представленных Конституционным судом, для политики и бизнеса? Ответы на эти вопросы — в материале «Обзор практики Конституционного Суда Российской Федерации за первый квартал 2014 года» в бумажной версии издания.

Постановления Конституционного суда Российской Федерации (далее — КС РФ), изложенные в «Обзоре практики Конституционного Суда Российской Федерации за первый квартал 2014 года» от 22 апреля 2014 г. (далее — Обзор), содержат довольно интересные решения по различным отраслям законодательства.

КС включил в Обзор решения, касающиеся конституционных основ:

публичного права (по вопросам назначения административного штрафа юридическим лицам ниже низшего предела; оценки конституционности международного договора о принятии в РФ республики Крым; оснований расторжения трудового договора с лицами, замещающими государственные должности; гарантиях избирательных прав граждан, в том числе участвующих в выборах в качестве кандидатов);
трудового законодательства и социальной защиты (в части решения вопросов о причислении к инвалидам ВОВ лиц, привлекавшихся к сбору боеприпасов, разминированию территорий; увольнения полицейских, в отношении которых уголовное преследование по делу частного обвинения прекращено в связи с примирением сторон; реализации права на выбор способа определения размера ежемесячной денежной компенсации);
частного права (в сфере определения случаев, при которых возможно усыновление лицами, имевшими судимость или подвергающимися уголовному преследованию; порядка принятия общим собранием участников общества c ограниченной ответственностью решения об увеличении его уставного капитала за счет внесения дополнительных вкладов участниками общества; обеспечения обязательств застройщика по договору долевого участия в строительстве залогом построенного объекта);
уголовной юстиции (в части участия потерпевшего в рассмотрении судом вопроса об условно-досрочном освобождении осужденного; возвращения без рассмотрения кассационных жалоб по уголовным делам судьями областных и равных им по компетенции судов).

Необходимо остановиться на некоторых довольно значимых, а порой и неожиданных постановлениях, включенных в Обзор. К таковым относится Постановление от 25 февраля 2014 г. № 4-П (п. 1 Обзора). КС пришел к выводу, что административные штрафы, налагаемые на юридические лица, минимальный размер которых установлен в КоАП РФ от 100 000 руб. и выше, могут быть уменьшены в судебном порядке ниже низшего предела без каких-либо ограничений. Единственным критерием должна быть соразмерность штрафа. Для определения соразмерности суд должен учесть степень вины привлекаемого к административной ответственности юридического лица, его имущественное и финансовое положение, а также иные имеющие существенное значение для индивидуализации административной ответственности обстоятельства.

Политически важным является постановление КС РФ от 19.03.2014 № 6-П «По делу о проверке конституционности не вступившего в силу международного договора между Российской Федерацией и Республикой Крым о принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов». Республика Крым считается принятой в состав Российской Федерации с даты подписания данного договора (п. 1). Договор временно применяется с даты подписания и вступает в силу с даты ратификации (что предусмотрено в ст. 10 самого договора, и соответствует п. 1 ст. 25 Венской конвенции о праве международных договоров от 23 мая 1969 г.). Таким образом, Республика Крым и город федерального значения Севастополь вошли в состав РФ до вступления договора в силу.

Для представителей бизнеса (учитывая, что самой распространенной организационно-правовой формой является ООО) безусловно важным является вывод КС о соответствии Конституции РФ действующего порядка увеличения уставного капитала общества с ограниченной ответственностью за счет дополнительных вкладов его участников. Жалоба ООО «Фирма Рейтинг» возникла из-за следующей ситуации: участники общества, за исключением одного, внесли дополнительные вклады. В результате доля участника, отказавшегося внести вклад, уменьшилась. Усмотрев в решении общества нарушение своих прав и законных интересов, участник обратился в Арбитражный суд Курской области, который поддержал доводы истца. ООО «Фирма Рейтинг» в свою очередь обратилось в Конституционный суд о нарушении п. 1 ст. 19 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» прав и свобод, гарантированных ст. 8 (ч. 1), 17 (ч. 3), 19 (ч. 1) и 34 (ч. 1) Конституции Российской Федерации. Положения закона и правоприменительная практика, по мнению заявителя, ограничивают для участников общества с ограниченной ответственностью возможность свободного использования принадлежащего им имущества для вклада в уставный капитал общества, поскольку позволяют блокировать решение общества об увеличении уставного капитала общества одному или нескольким участникам общества, не согласным с этим решением.

КС РФ отметил, что в случае, когда решение о внесении дополнительных вкладов принимается в интересах самого общества (к примеру, в случае с ООО «Фирма Рейтинг» внесение вкладов было связано с целью выхода на новый товарный рынок), положения п. 1 ст. 19 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» должны трактоваться исходя из интересов организации. Таким образом, даже если один или несколько участников не внесли свои дополнительные вклады, увеличение уставного капитала признается состоявшимся. При этом уменьшение доли одного из участников с точки зрения конституционных принципов допустимо, если отвечает интересам общества, а участнику предоставлены механизмы защиты его интересов. Ознакомившись и проанализировав практику КС РФ, приходится констатировать, что теперь остается только ждать примеров из правоприменительной практики с учетом данных постановлений КС РФ.

ТОП-6 важных поправок в НК РФ, принятых в апреле 2014 года

2015-05-20T13:52:49Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Екатерина Соколова, руководитель юридичес…»

Екатерина Соколова, руководитель юридического отдела нашей компании, прокомментировала для журнала «Российский налоговый курьер» поправки в Налоговом кодексе Российской Федерации, принятые в апреле 2014 года. Какие нововведения ждут представителей малого и среднего бизнеса? Как изменилась ответственность за недостоверные сведения в уведомлении о контролируемых сделках? Что ожидает владельцев банковских счетов и депозитов, не являющихся индивидуальными предпринимателями? Об этом — в материале «ТОП-6 важных поправок в НК РФ, принятых в апреле 2014 года» на сайте и в бумажной версии издания.

Суть поправки: отменена обязанность налогоплательщиков сообщать в инспекцию об открытии и закрытии счетов в банках.

Налоговые последствия для налогоплательщиков: очевидно, данная поправка имеет целью гармонизировать существующие нормы Налогового кодекса РФ, поскольку ранее указанная обязанность налогоплательщика дублировалась аналогичной обязанностью обслуживающего банка (п. 1 ст. 86 НК РФ). Таким образом, с момента вступления указанного закона в силу (02.05.2014) налоговая не перестанет получать информацию о каких-либо изменениях в банковских реквизитах налогоплательщика. Однако налогоплательщику и банку более не придется делать двойную работу, а ФНС — получать два одинаковых уведомления по каждому счету. Что касается распределения бремени уведомления, то справедливо, что указанная обязанность сохранилась за банком, а не за владельцем счета, поскольку банк является профессиональным предпринимателем в данной сфере.

Вопрос: обязана ли компания сообщить в инспекцию об открытии счета в банке, если счет ей открыли 30 апреля 2014 года (до вступления в силу поправки в НК РФ), а срок для отправки сообщения истечет, когда обязанность по уведомлению уже будет отменена?

Ответ: компания не обязана его представлять, поскольку на дату окончания срока обязанность уже отменена.

Суть поправки: спецрежимников обяжут платить налог на имущество по объектам, по которым он исчисляется исходя из кадастровой стоимости (офисным и торговым центрам).

Налоговые последствия для налогоплательщиков: несомненно, данная норма ухудшает положение налогоплательщика. В свете декларируемых государством поддержки и развития малого и среднего бизнеса данное нововведение представляется по меньшей мере странным, хотя оно прекрасно ложится в проводимую политику увеличения налогового бремени индивидуальных предпринимателей. Также данная норма содержит очевидные недоработки. На данный момент нет понимания, начиная с какого периода указанный налог будет уплачиваться плательщиками ЕНВД. Существует мнение, что, поскольку налоговый период по ЕНВД составляет квартал и, согласно ст. 7 закона № 52-ФЗ, для плательщиков ЕНВД он вступит в силу с 01.07.2014, а налоговый период по налогу на имущество составляет год (квартал является отчетным периодом), налогоплательщикам придется уплатить налог с 01.01.2014. Но согласно п. 2 ст. 5 НК РФ тут не может быть обратной силы. В любом случае по этому вопросу надо ждать разъяснений регуляторов.

Вопрос: вправе ли «упрощенец» с объектом налогообложения доходы минус расходы включить в расходы сумму налога на имущество, уплаченную по таким объектам?

Ответ: да, вправе.

Суть поправки: уточнен порядок расчета облагаемой базы по налогу на имущество в случае разделения объекта недвижимости, налог по которому исчисляется исходя из кадастровой стоимости.

Налоговые последствия для налогоплательщиков: норма, с одной стороны, вносит бОльшую определенность в регулирование, поскольку устанавливает, что в случае если объект имеет определенные родовые характеристики, установленные в пп. 1, 3 ст. 378.2 НК РФ, но еще не включен в перечень объектов, налог на имущество по которым рассчитывается исходя из кадастровой стоимости, он подлежит налогообложению по кадастровой стоимости, определенной на дату постановки такого объекта на гос. кадастровый учет. Таким образом, при соблюдении остальных условий исчисления налога по кадастровой стоимости, устанавливаемых ст. 378.2 НК РФ (в частности, принятия органами власти субъекта РФ актов, предусмотренных п. 2 ст. 378.2 НК РФ), налог все равно уплачивается по кадастровой стоимости. С другой стороны, это, конечно, бьет по налогоплательщику, так как после введения налогообложения по кадастровой стоимости вместо инвентаризационной законодатель еще и максимально сократил случаи, когда возможно уплатить налог по более низкой, чем кадастровая, стоимости.

Вопрос: организация в середине года разделила бизнес-центр на два отдельных офисных центра, но региональные власти не успели включить их в перечень объектов, налог на имущество по которым рассчитывается исходя из кадастровой стоимости. Как ей рассчитывать налог на имущество за этот год?

Ответ: исходя из кадастровой стоимости отдельных объектов.

Суть поправки: граждане должны будут извещать налоговиков о наличии имущества, облагаемого имущественными налогами, по которому не получали налоговых уведомлений об уплате этих налогов (недвижимости, транспортных средств).

Налоговые последствия для налогоплательщиков: эта норма возмутительна. Несмотря на то что исчисление имущественных налогов для физических лиц должно производиться налоговым органом, теперь в случае неисполнения им этой обязанности это становится головной болью налогоплательщика. Согласно ст. 57 НК РФ, до момента получения уведомления от налогового органа физическое лицо имеет право не уплачивать налог. Теперь налогоплательщик должен не только уплатить налог вовремя, но также проконтролировать налоговый орган! Если лицу вовремя не пришло уведомление, он должен за свой счет направить в ИФНС копии правоустанавливающих документов на имущество. В противном случае его ждет штраф в размере 20 % от суммы уведомления. При этом ситуация, когда налогоплательщик не уведомил налоговую, но налог тем не менее заплатил, не описывается. Кроме того, установленная ответственность дублирует уже существующую ответственность по ст. 126 НК РФ (200 руб.). Обращаю внимание, что, если вам не приходили уведомления несколько лет подряд, лучше все же предоставить документы в ИФНС, так как в этом случае налог будет начислен только за последний период, а не за 3 года, как это может быть в случае, если налоговики очнутся сами.

Вопрос: нужно ли будет извещать налоговиков о продаже или ином выбытии такого имущества?

Ответ: нет, не нужно.

Суть поправки: предусмотрена возможность смягчения ответственности за недостоверные сведения в уведомлении о контролируемых сделках.

Налоговые последствия для налогоплательщиков: указанная норма справедлива и, очевидно, носит уточняющий характер, компенсирующий недостатки свежего закона. Это дополнение либерализует норму и добавляет ей здравого смысла: если лицо самостоятельно обнаружило ошибку или неточность и оперативно ее исправило, оснований для привлечения к ответственности быть не должно.

Вопрос: если налоговики обнаружили неточности в отношении двух контролируемых сделок, отраженных в одном уведомлении, штраф в каком размере они вправе взыскать с организации?

Ответ: 5000 руб.

Суть поправки: банки обязаны будут сообщать налоговикам об открытии и закрытии депозитов (вкладов) физических лиц, не являющихся ИП.

Налоговые последствия для налогоплательщиков: к данной норме отношение двойственное. Формально это правильная норма, направленная на установление более эффективного контроля за доходами и расходами налогоплательщиков, в частности, в целях привития им налоговой дисциплины. Более того, эта норма в целом соответствует законодательству многих стран-участниц ОЭСР, которое тем или иным образом предусматривает налоговый контроль за счетами физических лиц. Однако эта норма вкупе с принятым в середине 2013 года законом о противодействии легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма может значительно снизить доверие населения к российским банковским услугам — население будет рассматривать альтернативные способы размещения денежных средств, чтобы обезопасить свои сбережения. Ну и конечно, в условиях значительного недоверия россиян к органам власти, высока вероятность того, что данные нормы будут многими восприниматься исключительно как один из инструментов тотального контроля государства за своими гражданами.

Вопрос: зачем налоговым органам нужны сведения о депозитах физических лиц?

Ответ: для выявления получателей «серой» зарплаты, контроля над расходами физических лиц, принудительного взыскания долгов по налогам, передачи сведений в службу судебных приставов, а также для других целей (например, для того, чтобы повысить международный имидж России как государства с высокой налоговой дисциплиной).

Ключ от банка (об уязвимостях в системах ДБО)

2015-05-20T11:29:25Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Наши специалисты — Алексей Зенин, ведущий …»

Наши специалисты — Алексей Зенин, ведущий аналитик, и Виталий Филиппов, ведущий разработчик, — прокомментировали для «Российской Бизнес-газеты» вопрос безопасности систем дистанционного банковского обслуживания. Какие системы ДБО обеспечивают лучшую защиту — вендорские или собственной разработки? В чем заключаются особенности разработки вендорских и inhouse продуктов, способные повлиять на качество защиты? Каким образом злоумышленники могут получить доступ к клиентскому интерфейсу и данным пользователей? Об этом — в материале «Ключ от банка» на сайте и в бумажной версии издания.

Алексей Зенин: Большинство атак на системы ДБО осуществляется при помощи вредоносных программ. Такую программу часто называют «троянским конем» или, сокращенно, «трояном». Как и в деревянном коне, подаренном греками защитникам Трои в античные времена, под внешне невинной оболочкой скрывается опасность. В данном случае это программный код, способный украсть данные с компьютера или смартфона. Некоторые разновидности троянов могут внедряться злоумышленниками скрытно. Вредоносная программа получает доступ к клиентскому интерфейсу системы ДБО, а также к ключам электронной подписи, что позволяет ей перевести деньги с банковского счета жертвы злоумышленникам.

Причина более высокой уязвимости продуктов ДБО, разработанных вендорами, кроется в их широкой распространенности и доступности. Разработка троянской программы — сложная и трудоемкая задача, посильная лишь высококвалифицированным программистам, но одной квалификации здесь недостаточно. Чтобы сделать отмычку к замку, необходим сам замок. Чтобы изготовить программу, взламывающую систему ДБО, злоумышленнику нужна копия системы ДБО «у себя дома» — так значительно проще обнаружить ее уязвимости и протестировать «трояна» перед отправкой в бой. Учитывая, что демонстрационные версии некоторых популярных систем ДБО может скачать любой желающий прямо с сайта поставщика данных ИТ-систем, разработать «отмычку» к широко распространенной системе ДБО значительно проще.

В качестве второй причины более частых взломов популярных систем можно назвать большее количество потенциальных жертв. Так как распространение вредоносных программ обычно происходит «вслепую», то чем больше потенциальных жертв, тем выше потенциальная прибыль злоумышленников.

Таким образом, в случае, когда банк среднего звена с небольшой клиентской базой работает с системой ДБО собственной разработки, подготовка взлома сильно затрудняется отсутствием «тестового стенда» и становится нецелесообразной по экономическим соображениям.

Виталий Филиппов: То, что в системах ДБО, разработанных inhouse, силами собственных разработчиков банков, серьезных уязвимостей меньше, чем в вендорских — безусловно, интересный и неожиданный вывод исследования. Казалось бы, все должно быть ровно наоборот — у вендоров должно быть больше опыта, в том числе и в области обеспечения безопасности, а с учетом того, что их продукт может использоваться не одним, а несколькими банками, требования к его защищенности должны быть более высокими. Однако исследование показывает обратное. Можно предположить следующие причины:

если вендорские ДБО — это готовые продукты, отягощенные большим объемом старого, унаследованного кода и в целом большим объемом универсального функционала «на все случаи жизни», для всех клиентов, то, возможно, разработки inhouse в среднем современнее, легковеснее и потому менее уязвимы;
если объем кастомизации готового продукта при внедрении в банке велик, а кастомизацию, то есть адаптацию системы под конкретного заказчика, проводят другие, возможно, менее квалифицированные команды разработки, существенно повышается риск внесения уязвимостей этими командами;
поскольку код внутренней разработки не может быть закрыт от банка, можно предположить, что аудит его безопасности проводится проще и эффективнее. Также вполне возможно, что аудиту собственных систем банки просто уделяют больше внимания;
так как inhouse разработка в целом дороже покупки готового продукта, вероятно, при изначально больших тратах на систему в целом банки готовы потратиться и на более квалифицированных разработчиков, и на вопросы безопасности при разработке ПО.

Иными словами, скорее всего, причины кроются где-то в области методологии разработки, внедрения и (или) управления жизненным циклом систем ДБО, хотя без дополнительных исследований точно установить это вряд ли возможно.

Что касается разницы в числе уязвимостей в системах для юридических и физических лиц, представленной в исследовании (7,5 против 8,3 критичных уязвимостей) — она, с моей точки зрения, не является значимой и вполне может объясняться разным набором функционала, например, у юридических лиц не распространен мобильный банкинг.

SaaS от А до Я (о правовом регулировании SaaS)

2015-05-20T10:28:18Z

KseniyaKirillova:

Инна Паламарчук, ведущий юрист, рассказала журналу «Корпоративный юрист» о проблемах юридического оформления модели Software as a Service. Какова правовая природа договоров, оформляющих отношения пользователей Интернет и провайдеров услуг доступа к программам для ЭВМ? В чем заключается специфика отношений, возникающих при использовании SaaS? Какие существуют точки зрения в юридическом сообществе на этот счет? Об этом — в материале «SaaS от А до Я» в бумажной версии издания.

— Какова правовая природа договоров, оформляющих отношения пользователей сети Интернет и провайдеров услуг доступа к программе для ЭВМ посредством браузера? Какой договор следует выбрать, чтобы избежать проблем в будущем?

— Очевидно, что модель SaaS (от англ. Software as a Service — программное обеспечение как услуга) в части юридического оформления не так проста, как представляется при ознакомлении с коммерческими предложениями провайдеров услуг, использующих, возможно, яркие и легко запоминающиеся, но вводящие в опасное заблуждение термины. В этой связи количество вопросов о юридически безопасном оформлении модели SaaS в последнее время просто зашкаливает. И это логично, ведь при неверном оформлении велика вероятность либо недоплатить НДС, либо столкнуться с риском отсутствия у контрагента (клиента) прав на программу для ЭВМ.

Как правило, при описании модели SaaS упоминают об алгоритме, в соответствии с которым у пользователя появляется возможность использовать функционал, предоставляемый провайдером различными способами. Если взять за основу определение модели SaaS как одной из моделей облачных вычислений, сформулированное Национальным институтом стандартов и технологий, общая картина станет яснее. Модель SaaS — это предоставленная возможность использовать приложения провайдера, работающие через облачную инфраструктуру. Приложения доступны с помощью различных пользовательских устройств: посредством тонкого клиента, такого как веб-браузер (например, электронная почта), или с помощью прикладной программы. Пользователь не занимается организацией и не контролирует базовую облачную инфраструктуру, включая сеть, серверы, операционные системы, хранилище, или даже присущие приложению возможности, за исключением параметров ограниченных пользовательских конфигураций приложения^[1].

Таким образом, существует два вида организации работы в облаке: посредством установки приложения, которое является базовым и позволяет использовать расширенные возможности, предоставляемые облачным провайдером, или же через браузер. В первом случае очевидна необходимость заключения лицензионного договора на использование программы для ЭВМ. Во втором же случае речь не идет об установке программы, ее записи в память ЭВМ как таковой. Данное обстоятельство является основным аргументом приверженцев позиции, согласно которой модель SaaS представляет собой услугу и должна регулироваться соответствующим образом. Вообще модель SaaS разрабатывалась именно для того, чтобы программы были доступны, когда они нужны, и в том объеме, в котором нужны в каждой конкретной ситуации. То есть приложения работают на сервере SaaS-провайдера, а пользователи получают к ним доступ через интернет-браузер. При этом в функции SaaS-провайдера входит:

обеспечение работоспособности приложения;

оказание услуг по технической поддержке пользователей;

самостоятельное установление обновления.

Важно обратить внимание на то, что на сайтах иностранных поставщиков услуг указывается, что SaaS — это, скорее, модель доставки программного обеспечения (Model of Software Delivery), нежели набор услуг, оказываемых клиенту.

Камнем преткновения является вопрос о том, имеет ли место использование программы для ЭВМ в случае отсутствия элемента записи в память ЭВМ, отсутствия воспроизведения. Пользователь получает доступ к компьютерной программе посредством ввода в специальном разделе интернет-ресурса логина и пароля, которые предоставляются правообладателем программы или указываются самим пользователем при его регистрации в системе. Предоставляет ли при этом правообладатель право на использование программы для ЭВМ? Идет ли в данном случае речь об использовании в смысле ст. 1270 ГК РФ?

С одной стороны, важно помнить, что использование произведения может осуществляться любыми способами, в том числе, но не ограничиваясь, указанными в п. 2 ст. 1270 ГК РФ. Ст. 1261 ГК РФ закрепляет, что программа для ЭВМ представляет собой совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения. Это очень интересный момент: является ли картинка, которую видит пользователь на экране, заходя на сайт с целью использования конкретного сервиса, аудиовизуальным отображением программы? При положительном ответе на этот вопрос положительным станет и ответ на вопрос о необходимости заключения лицензионного договора даже в том случае, когда пользователь использует функционал программы для ЭВМ через веб-браузер.

Отнюдь не праздным является вопрос и о том, каким образом следует описывать аудиовизуальное отображение, что вообще под ним понимать. Очень интересен следующий пример: для наглядности телерепортажа о шахматном турнире комментатор использует шахматную программу, отображающую партию на мониторе компьютера и экранах телезрителей. При использовании модели SaaS имеет место аналогичная ситуация: пользователь видит на экране аудиовизуальное отображение программы (например, картинку интерфейса) и при этом также имеет возможность использовать ее функционал^[2].

Несмотря на изложенные выше доводы, число сторонников подхода, при котором SaaS считается исключительно услугой, не уменьшается. Сторонники данного мнения указывают на то, что исполнение программы для ЭВМ в случае получения пользователем доступа к функциональным возможностям и вычислительным мощностям в облаке посредством веб-браузера осуществляется на серверах правообладателя, а не на компьютере пользователя. При этом отсутствует воспроизведение программы пользователем, поскольку запись в память ЭВМ, считающаяся воспроизведением, не осуществляется. Если руководствоваться подобной аргументацией, то отношения сторон можно строить на основании договора возмездного оказания услуг.

По сути, на основании анализа ст. 1270 ГК РФ с учетом некоторых дополнительных нюансов можно юридически оформить отношения с пользователем и посредством предоставления права использования программы для ЭВМ, и посредством оказания услуг. В случае предоставления лишь возможности использования функционала программы, когда сама программа находится под полным контролем провайдера, к нюансам, которые требуют отражения в договоре оказания услуг, относятся: четкое и однозначное формулирование предмета в терминах, соответствующих договорам об оказании услуг; указание на порядок исчисления платы (к примеру, указание на зависимость цены за определенный период использования от используемого объема возможностей программы для ЭВМ).

В юридическом сообществе нет единого взгляда на природу отношений, возникающих при использовании модели SaaS, однако прямо противоположные выводы делаются на основе анализа ст. 1270 ГК РФ (указывается или на открытый перечень возможностей использования программы для ЭВМ, или на то, что при отсутствии записи в память ЭВМ отсутствует и воспроизведение). На этот нюанс указывает и А. И. Савельев, всесторонне рассматривая вопросы регулирования облачных вычислений по моделям SaaS, PaaS, IaaS в серии вебинаров на Закон.ру^[3].

В этой связи полезно ознакомиться с точками зрения различных авторов, изложенными в юридической литературе. Например, В. Разуваев указывает, что для юридической идентификации имеет значение лишь факт предоставления права на использование программы и модель SaaS, с юридической точки зрения, вовсе не является альтернативой лицензионному договору, поскольку пользователь может приобрести права использования программы для ЭВМ только по лицензионному договору^[4].

А. Серов отстаивает противоположную позицию, резюмируя, что в рамках SaaS нет места лицензионным отношениям. При этом он ссылается на то, что три компонента данной модели — хранилище данных, серверное приложение и браузер пользователя — не оставляют места для использования программы конечным пользователем. По сути, информация хранится и обрабатывается на оборудовании исполнителя. В том числе и поэтому партнеры заключают лицензионные договоры с правообладателем для целей оказания услуг SaaS^[5].

Полезно также обратиться к зарубежному опыту регулирования данных отношений. Несмотря на то, что в ИТ-сообществе лицензионное соглашение с конечным пользователем (End User License Agreement, EULA) применительно к SaaS считается чем-то почти неприличным ввиду распространения термина «лицензия» на отношения, которые ИТ-специалисты видят исключительно услугой или сервисом, многие компании все же лицензируют программы, доступ к которым предоставляется по данной модели. На многих сайтах иностранных ИТ-компаний, предоставляющих доступ к сервисам через приложения, выложены лицензионные соглашения с конечными пользователями. При этом используются, например, следующие формулировки:

«Подтверждение. Лицензия требуется для каждой установки программного обеспечения путем приобретения и (или) загрузки и (или) установки и (или) использования программного обеспечения. Осуществляя данные действия, вы признаете и соглашаетесь c условиями, изложенными в настоящем Соглашении» («Acceptance. A license is required for each installation of the software, by purchasing and/or downloading and/or installing and/or using the software, you are acknowledging and agreeing to the terms outlined in this EULA»)^[6].

В соглашении о коммерческом лицензировании Visifire для SaaS (Visifire Commercial License Agreement. SaaS License) указано следующее.

«Лицензионная модель — лицензия SaaS (программное обеспечение как услуга): Настоящая лицензия позволяет вам использовать Visifire в одном SaaS-приложении, принадлежащем вашей организации, и распространять его как услугу без уплаты нам какого-либо вознаграждения. Настоящая лицензия предоставляется для каждого приложения в отдельности. Неограниченное число разработчиков вашей организации могут устанавливать и использовать Visifire на неограниченном количестве рабочих станций для разработки» («License model — SaaS (Software as a Service) license: This license allows you to use Visifire in one SaaS application owned by your organization and distribute it as a service without owing any royalty to us. This license is granted on per application basis. Unlimited no. of developers from your organization can install and use Visifire on unlimited workstations for development»).

Некоторые правообладатели просто указывают, что лицензионное соглашение для SaaS регулирует ограниченное использование программы для ЭВМ (Limited Use Software License Agreement). При этом в лицензии даются определения как понятия «лицензируемая программа», так и понятия «сервис» (онлайн-хостинг, техническая поддержка), а в условиях предоставления лицензии отмечается, например, следующее.

«Настоящим Лицензиар предоставляет Лицензиату неисключительную, не подлежащую передаче и сублицензированию ограниченную лицензию на основе подписки (Лицензию) на доступ и использование Лицензионной программы» («Licensor hereby grants Licensee a nonexclusive, non-transferable, non-sublicensable limited subscription based license (the License) to access and use the Licensed Program»).

Многие крупные игроки рынка облачных технологий предлагают более понятные с юридической точки зрения конструкции. Так, корпорация Microsoft называет предоставляемые ею облачные сервисы «Программное обеспечение плюс Услуги» (Software Plus Services). По сути, предлагается устанавливать купленную лицензию в облако.

Аналогичный проект есть и у российской компании 1С, недавно заявившей о планируемом предоставлении пользователям возможности использовать бухгалтерскую систему 1С:Предприятие в виде сервиса из облака Windows Azure. В этой связи можно предположить введение новых условий лицензирования, чтобы компании-клиенты могли установить лицензионную систему 1С в облако и платить только за аренду компьютерных ресурсов. В таком случае спорить о том, имеет ли место использование программы или нет, не придется. Права на программу для ЭВМ приобретаются, по сути, до начала использования облачных технологий.

Следует подчеркнуть, что по причине отсутствия судебной практики нельзя однозначно определить, какая договорная форма является более предпочтительной: лицензионный договор с перечислением дополнительно оказываемых услуг (в случае, когда облачный провайдер предлагает расширенные возможности на основании установки приложения), или оформление отношений разными договорами во избежание «размывания» предмета и повышения рисков, или вообще оформление отношений исключительно по форме возмездного оказания услуг. Принимая решение о вариантах оформления договорных отношений, в каждом конкретном случае следует учитывать следующую совокупность условий: природу взаимоотношений пользователя и провайдера и бизнес-процессов облачного провайдера.

Но, безусловно, наиболее безопасными являются договорные конструкции, из предмета которых любому становится очевидна природа оформляемых отношений.

↑ The NIST Definition of Cloud Computing. Recommendations of the National Institute of Standards and Technology
↑ Попов А. Н. Аудиовизуальное отображение как объект правовой охраны и как часть программы для ЭВМ шахматной тематики
↑ Савельев А. И. Правовые аспекты предоставления облачных сервисов в России
↑ Разуваев В. Софт как услуга // ЭЖ-Юрист. 2010. № 5
↑ Серов А. SaaS: программное обеспечение или услуга? // ЭЖ-Юрист. 2011. № 17
↑ End User Licensing Agreement (EULA)

Пустая история (о кредитном скоринге в социальных сетях)

2015-05-19T09:56:33Z

AlexandraVelyaninova:

Алексей Зенин, ведущий аналитик направления «Финансовые институты», рассказал порталу Bankir.Ru о перспективах кредитного скоринга в социальных сетях и дал оценку одному из продуктов для таких услуг — платформе Crediograph. Есть ли будущее у подобных решений? Смогут ли подобные платформы превратить социальные сети из каналов коммуникации с клиентом в каналы продаж банковских продуктов? Насколько успешно это может быть реализовано? Об этом — в статье «Пустая история» на сайте издания.

Решение, несомненно, интересное. Идея подобного продукта сейчас, что называется, «витает в воздухе». Однако, на мой взгляд, практическая ценность данного решения на сегодняшний день сомнительна.

Во-первых, надежная идентификация владельца профиля невозможна. Открытых данных, как правило, недостаточно, чтобы достоверно установить принадлежность страницы соцсети конкретному физическому лицу. К тому же пользователи часто намеренно искажают свои личные данные.

Во-вторых, лишь малая часть сетевого профиля может дать информацию, пригодную для оценки кредитоспособности, и, как правило, эти данные сложны для автоматизированного анализа.

Какая же информация из соцсети значима для кредитного инспектора? Пол, возраст, информация об образовании, о текущем и предыдущем местах работы — все эти данные не обязательны для заполнения и могут быть намеренно заполнены неверно. Однако достоверность указания места работы или учебы можно оценить, сосчитав количество друзей субъекта, у которых оно указано так же.

Значимым критерием платежеспособности потенциального заемщика может служить наличие свежих фото, сделанных на заграничных курортах, — место съемки можно автоматически определить по GPS-тэгу, который добавляют к снимку современные фотокамеры.

На этом можно завершить перечень «положительных» характеристик и перейти к «отрицательным», которых значительно больше. Например, активное участие женщины в сообществах о материнстве и уходе за ребенком может свидетельствовать о том, что в настоящее время она находится в декретном отпуске и неплатежеспособна. К аналогичному выводу можно прийти, обнаружив подписку на группы по поиску работы. Участие в экстремистских сообществах также нежелательно — в этом случае заемщик может внезапно попасть в места не столь отдаленные и лишиться дохода.

При попытке анализа подписок пользователя мы сталкиваемся с проблемой классификации данных. Необходимо автоматически отделять «плохие» группы от «хороших». Критерии классификации должны быть адаптивными — программа должна самообучаться с течением времени. Для разработки качественного алгоритма обучения практически неизбежно придется привлекать высокооплачиваемых кредитных экспертов.

Почти все социальные сети служат для утоления эмоционального голода, удовлетворения потребности в коммуникации и реализации того, чего в реальной жизни не хватает. По этой причине у по-настоящему успешных людей профиль в соцсетях либо заполнен очень скупо и посещается редко, либо вообще отсутствует. Оно и понятно — они самодостаточны, радостей и в реальной жизни хватает. Но критерий «скупости» и отсутствия сведений в профиле, конечно же, не может служить достоверным источником данных для скоринговой системы.

Те, кто пользуется соцсетями регулярно, часто «надевают маску» — ведут себя в виртуальном мире иначе, чем в реальном. Многие склонны приукрашивать информацию о себе. Проект оценки заемщика по сети быстро привлечет внимание мошенников от социальной инженерии. Все это приведет к необходимости «округления» оценки кредитного риска «в большую сторону». В результате процентная ставка по кредитному продукту на основе «социального» скоринга в любом случае будет выше, чем по аналогичным продуктам, использующим стандартную схему оценки.

Репликация: База Знаний «Заказных Информ Систем» → «Пустая история (о кредитном скоринге в социальных сетях)»

Инновации как трамплин в будущее

2015-05-15T08:00:18Z

KseniyaKirillova:

Журнал «Банковское обозрение» опубликовал статью Сергея Тихомирова, нашего первого заместителя генерального директора, посвященную взаимодействию банков и IT-компаний в условиях кризиса. Какие тенденции в данный момент прослеживаются в банковской отрасли? Что IT-компании могут предложить банкам в период экономической нестабильности? Насколько важно для успешного ведения бизнеса внедрение инноваций и с какими сложностями сопряжен этот процесс? Об этом — в материале «Инновации как трамплин в будущее» на сайте и в бумажной версии издания.

«Банковское обозрение»: Сергей, с декабрьского кризиса прошло больше полугода. Как чувствует себя банковская отрасль, какие тенденции вы могли бы отметить и что изменилось?

Сергей Тихомиров: Кризис на российском банковском рынке начался не шесть месяцев назад, снижение темпов роста по всем направлениям и стагнационные процессы отмечались аналитиками значительно раньше. Конечно, розничный сектор «сжимается», и в 2015 году банкам не приходится ожидать прироста кредитного портфеля. Эксперты пророчат падение объема выдаваемых ипотечных кредитов на 15–18 %, портфель автокредитов может сократиться на 8–10 %. Причины этого кроются, с одной стороны, в снижении уровня потребления и, соответственно, спроса на кредиты со стороны населения, а с другой стороны, сами банки вынуждены сокращать предложения по продукту и ужесточать требования к заемщикам в связи со снижением финансовой устойчивости клиентов.

Большинство текущих банковских трендов также нельзя назвать абсолютно новыми, они зародились несколько лет назад, но кризис, как часто бывает, ускорил некоторые процессы. Сегодня банки продолжают наращивать комиссионный доход и активно ведут работу по предоставлению корпоративным и розничным клиентам расширенных сервисов. Современные банки выходят за рамки организаций, которые просто заведуют деньгами, они стараются оказывать максимально полный спектр услуг по обеспечению всех возможных операций, связанных с финансами. Как пример — комплексный продукт, состоящий из различных финансовых инструментов и направленный на целевое накопление, а затем использование средств: сначала срочный депозит для накопления первоначального взноса, затем предоставление автокредита и, наконец, помощь в приобретении автомобиля на особых условиях у одного из автодилеров, с которыми сотрудничает банк.

Структурированные продукты подобного рода есть в разных направлениях банковского бизнеса, например, нота в инвестиционном или инвестиционное страхование жизни в страховом сегментах. В корпоративном секторе это могут быть услуги казначейства или развитое расчетно-кассовое обслуживание уровня корпораций, когда управление расчетами множества юридических лиц происходит как единый процесс.

Таким образом банки объединяют и структурируют единичные продукты в комплексные услуги, которые позволяют им внедряться в работу клиента: например, брать на аутсорсинг различные виды деятельности физического лица, связанные с финансами, или же функционирование финансовых служб организации.

«Б.O»: Что IT-компании могут предложить банкам в кризис, как они помогают финансовым организациям пережить очередной сложный экономический этап? И сильно ли уже сократились бюджеты на IT-проекты в банковской сфере?

С. Тихомиров: Текущий кризис системный и гораздо более затяжной, чем предыдущий, 2008 года. Последствия этого кризиса пока сложно спрогнозировать, но столь быстрое восстановление экономики, как в прошлый раз, маловероятно. Разумеется, финансовые организации в этой ситуации стараются оптимизировать общие расходы, в том числе на IT, внимательнее и осторожнее подходят к выбору IT-проектов для инвестирования. Кроме того, у большинства банков значительно возросли затраты на приобретение лицензий и инфраструктурного оборудования, стоимость которых номинирована в иностранных валютах. Поэтому даже без сокращения финансирования в абсолютных величинах у многих IT-департаментов уменьшилась реальная покупательная способность утвержденных бюджетов.

Тем не менее, резкого сокращения финансирования IT-проектов пока не отмечается. Думаю, причин у этого несколько. Во-первых, в кризис становится особенно актуальным повышение эффективности деятельности, которое нередко достигается автоматизацией. Во-вторых, некоторые банки делают ставку на реализацию приоритетных на сегодняшний день бизнес-значимых проектов с быстрым возвратом инвестиций. И, что наиболее важно, лидеры отрасли понимают роль IT как одного из главных инструментов конкурентной борьбы в банковской сфере. Банковская отрасль — одна из самых высокотехнологичных, и развитие в ней так или иначе связано с технологиями. Все инновационные начинания как минимум инструментализируются с помощью IT, а зачастую и сама идея инновации содержится в новой технологии, такой как, например, интернет-банкинг и дистанционное банковское обслуживание. Поэтому у многих банков даже в условиях кризиса сохраняется желание вкладывать средства в долгосрочные инфраструктурные IT-проекты и таким образом обеспечивать возможности для развития бизнеса в будущем.

«Б.O»: Какие технологии вы бы назвали перспективными сегодня и что нужно для их распространения в отрасли?

С. Тихомиров: Яркий пример — совокупность технологий Big Data. Их перспективы для банковской сферы связаны с постоянным ужесточением конкуренции за клиентскую базу, увеличением объемов информации и необходимостью решать аналитические задачи в максимально короткие сроки. Клиентоориентированность для банков — приоритет, а инструменты Big Data позволяют увеличивать аналитические возможности для изучения потребностей клиентов, создавать актуальные продукты и услуги, проводить глубокие маркетинговые исследования, усиливать свое позиционирование на рынке.

К слову, если раньше большинство банковских технологий перенималось у западного рынка с существенной задержкой, то сейчас ситуация существенно изменилась, и те же омниканальность или дистанционное банковское обслуживание имеют в нашей стране параллельное, а иногда и опережающее развитие.

Есть множество других перспективных технологий, но для развития инноваций нужны соответствующие условия. Например, в приоритете крупной корпорации — обеспечение собственного функционирования или, в лучшем случае, модернизация организации. Если корпорация не выделяет структурно и организационно инновационную деятельность в самостоятельную, то разработки в этом направлении зачастую оказываются «задавлены» текучкой и весом корпорации. Поддержка духа инноваций и творческого развития, особой корпоративной культуры — необходимое условие подобной деятельности. Под инновационной корпоративной культурой я понимаю особую среду, в которой существует поддержка новых идей, высокая степень вовлеченности персонала, гибкая организационная структура, возможность быстро перестраивать ее под необходимости проекта. И, разумеется, ментальность работающих в компании людей.

«Б.O»: Как, по-вашему, можно создать такую инновационную культуру? И не слишком ли часто сегодня произносится слово «инновация»?

С. Тихомиров: Да, «инновация» — действительно модное слово, которое зачастую используют некорректно, понимая под ней простое внедрение какого-то улучшения. Необходимо разделять модернизацию и инновацию. Модернизация — это потребление существующих на рынке технологий, а инновация — совершенно иной процесс, активное продвижение нового на рынок. Инновация существенно изменяет рынок и отношения между его участниками, создает новый способ кооперации с клиентами, абсолютно новые продукт или услугу, а не только оптимизирует внутренние процессы.

Что касается создания условий для развития инноваций, то существует несколько вариантов решения этой задачи. Например, выделение самостоятельного структурного подразделения. На последней церемонии награждения премией «Банковская сфера» мы вручали награду в номинации «Инновационный банк» представителям Альфа-Банка. Абсолютно не случайно коллеги уже который год получают награды в этой области: в банке создано самостоятельное инновационное подразделение, практически изолированное от текущей деятельности организации. Альфа-Банк первым в России провел пятинедельный хакатон финансово-технологических проектов и продолжает инвестировать в развитие инноваций. К сожалению, далеко не все могут позволить себе открытие самостоятельных подразделений, а эффективность такого формата работы не может быть гарантирована.

Другим способом реализации инновационных проектов для банка может быть технологическое партнерство с мобильной и гибкой IT-компанией: такие компании выступают носителями инновационной культуры и способны поддерживать высокие темпы развития. Но для создания инноваций, безусловно, необходимы долгосрочная стратегия и длительный горизонт планирования. На сегодняшний день это доступно очень немногим игрокам банковского рынка, и это их конкурентное преимущество, которое через 5–10 лет кардинально изменит привычный нам рейтинг топ-50 российских банков.

Разделение ответственности в заказной разработке (Максим Цепков на AnalystDays-2015)

2015-05-04T15:58:22Z

MaksTsepkov:

Доклад сделан 18.04 на AnalystDays-4 в Минске
Презентация на slideshare
Видео на Vimeo (в статье тоже есть)

Как проиндексировать логи бизнес-приложений в Hadoop (SolrCloud)

2015-04-30T12:46:34Z

KseniyaKirillova:

Роман Корешков, наш руководитель проектов дирекции развития технологий, опубликовал в корпоративном блоге на «Хабрахабре» статью, посвященную индексации логов бизнес-приложений в Hadoop. Как вынести логи из корпоративных приложений? Каким способом можно реализовать возможность поиска и просмотра списка событий? В чем заключаются особенности настроек и сложности в процессе решения задачи с помощью Hadoop? Об этом — в материале «Как проиндексировать логи бизнес-приложений в Hadoop» на сайте.

ИТ в ритейле 2015 (обзор)

2015-04-29T15:33:07Z

KseniyaKirillova:

Елена Старынина, наш бизнес-аналитик направления «Торговые сети», поделилась мнением о востребованности ИТ-технологий в ритейле с порталом CNews. В рамках тематического обзора «ИТ в ритейле 2015» Елена прокомментировала изменения в расходах российских ритейлеров и наиболее популярные ИТ-решения в 2014 году, а также сделала прогноз развития рынка ИТ. Об этом — в материалах «ИТ в ритейле: курс на повышение уровня аналитики» и «ИТ-расходы ритейлеров сократились почти на треть».

CNews: Как изменились расходы на ИТ российских ритейлеров в 2014–15 гг.? Приведите вашу оценку в %.

Елена Старынина: Большинство компаний розничной торговли оптимизируют или сокращают ИТ-бюджет, в лучшем случае фиксируют свои ИТ-расходы на уровне прошлого года. Плановые расходы в бюджете 2015 года на ИТ-услуги и программное обеспечение в конце прошлого года были сокращены ритейлерами на 10–20 %, а весной после подведения итогов года многими было проведено повторное секвестрование статей ИТ-бюджетов, что уменьшило финансирование еще примерно на 10 %. Даже в уже утвержденные ИТ-бюджеты продолжают вноситься корректировки, связанные с необходимостью дополнительного обоснования экономической и бизнес-значимости ИТ-расходов. Поэтому фактически уменьшение бюджета все еще продолжается.

В большинстве случаев сохраняется финансирование задач и проектов, гарантирующих быструю окупаемость. Отдается предпочтение ИТ-решениям, приносящим оперативный бизнес-эффект и позволяющим удержать позиции на рынке или быстро развить перспективное направление бизнеса. При этом большая часть долгосрочных проектов стратегического развития компании на уровне ПО заморожена, по многим проведено уменьшение бюджетов от 10 до 50 %.

Пока рынок падает и между разработчиками разворачивается конкурентная борьба за ИТ-бюджеты ритейлеров, последние диктуют ИТ-компаниям новые условия — сохранение финансирования ИТ-проектов при увеличении объемов работ и повышении качества услуг и продуктов.

CNews: Какие ИТ-решения были наиболее востребованы ритейлом в 2014 г.? Изменились ли их потребности в 2015 г.?

Е. Старынина: В 2014 году интерес ритейлеров был направлен на разработку онлайн-сервисов и мобильных решений, а также технологий, позволяющих оптимизировать процессы, анализировать и предсказывать поведение покупателей. В 2015 году усилится потребность в ИТ-решениях, которые позволят максимально сократить затраты за счет оптимизации процессов и использования ресурсов, удержать клиентов магазинов и (или) увеличить долю интернет-ритейла в бизнесе. Будут востребованы инструменты для повышения эффективности логистики, BI-системы, системы мониторинга процессов, мобильные приложения для менеджеров в соответствии с концепцией BYOD, ИТ-решения, позволяющие объединить онлайн-и офлайн-продажи (omni-channel), облачные решения, маркетинг-платформы, дающие возможность интегрировать бизнес-системы с интернет-ресурсами и социальными сетями, решения для Wi-Fi аналитики.

Онлайн-ритейл гораздо лучше знает своих клиентов, чем участники рынка офлайн-торговли, которые только недавно вступили в борьбу за клиента с помощью ИТ-инструментов. Хорошо налаженный в интернет-торговле сбор аналитики о клиентах существенно повышает эффективность маркетинговых мероприятий. И это одна из причин, по которой данный сегмент ритейла только замедлил рост на фоне общего падения. Традиционная розница в ближайшие годы будет работать над повышением уровня ИТ-инструментализации аналитики для повышения конкурентоспособности с онлайн-розницей. В связи с этим в 2015 году максимальная потребность будет именно в ИТ-инструментах для решения задач аналитики и отчетности.

CNews: Каковы ваши прогнозы развития рынка ИТ в ритейле на ближайшие 3 года?

Е. Старынина: Несмотря на очень высокую зависимость современного ритейла от ИТ, в ближайшие годы рынок технологий в российском ритейле будет стагнировать. Динамика будет видна только в сегментах онлайн- и мобильных приложений, высокотехнологичного ПО для работы с «дополненной реальностью» и ИТ-решений для обеспечения работы программ лояльности.

Использование технологий Big Data в системе здравоохранения Москвы

2015-04-29T15:28:19Z

KseniyaKirillova:

Наши специалисты — Максим Трегубов, ведущий системный инженер, и Роман Корешков, руководитель проектов дирекции развития технологий, — прокомментировали перспективы использования технологии больших данных в системе здравоохранения Московского региона для новостного портала РБК. Как можно оценить подобную инициативу госструктур? Какие задачи возможно решить с применением анализа больших данных? Каков оптимальный человеческий ресурс для решения этих задач? Ответы на эти вопросы — в материале «Использование технологий Big Data в системе здравоохранения Москвы».

РБК: Какие задачи можно было бы решать такими силами? Что нужно для того, чтобы решить такого рода проблемы и не многовато ли для этого 50 аналитиков? Оцените ресурсы и общую перспективность задачи в области анализа больших данных в здравоохранении.

Максим Трегубов: То, что государственные структуры всерьез заинтересовались использованием технологий Big Data, в том числе в сфере здравоохранения, можно оценивать только положительно. На Западе применение анализа больших данных в медицине уже несколько лет приносит хорошие результаты. Причем благодаря данной технологии решаются самые разные классы задач: можно создавать новые медицинские услуги, повышать адресность их оказания, делать работу медицинских учреждений и отдельных специалистов более прозрачной и результативной. На основе технологий больших данных уже сегодня создаются алгоритмы, помогающие врачам принимать более эффективные решения при диагностике и назначении лечения.

Одним из ярких примеров является медицинская система IBM Watson, служащая для назначения оптимального лечения рака легких. Программа действует на основе выявленных ранее закономерностей при анализе тысяч медицинских документов и учитывает самые мелкие детали в медицинских картах пациентов. Компания утверждает, что если в среднем точность назначения лечения после диагностирования рака в больницах США составляет около 50 %, то с помощью данной технологии этот показатель удалось увеличить до 90 %.

Технологии анализа больших данных также успешно применяются для предсказания эпидемий вирусных заболеваний, например гриппа, и последующей разработки более эффективных методов профилактики.

Что касается конкретного проекта Правительства Москвы, то сложно оценить соответствие заявленных привлекаемых ресурсов поставленным целям и задачам, поскольку эти самые цели и задачи пока не очень четко обозначены, что делает не очень ясным и масштаб этой работы. Для выстраивания эффективных бизнес-процессов в учреждениях здравоохранения Московского региона заявленные потребности в аналитиках кажутся соответствующими или даже завышенными, а для глобальных проектов типа IBM Watson такого числа специалистов было бы явно недостаточно.

Кроме того, учитывая, что в России уже есть компании, которые специализируются на анализе больших данных (в частности «Яндекс», с которым Правительство Москвы уже работает по другим проектам), то государственные структуры могли бы обратиться к ним за оказанием подобной услуги. Но Правительство Москвы набирает собственный штат таких специалистов, что наводит на мысль о существовании у этого проекта и другой долгосрочной цели — на примере задач здравоохранения нарастить компетенции по анализу больших данных в различных областях.

Роман Корешков: Адекватность размера команды, очевидно, зависит от поставленных задач. Медицинские аналитические задачи могут быть различных типов в зависимости от уровня зрелости (по возрастанию):

описательная аналитика (отвечающая на вопрос «Что случилось?»);

диагностическая аналитика («Почему это произошло?»);
предиктивная аналитика («Что случится в будущем?»);

предписывающая аналитика («Что необходимо сделать, чтобы этого не произошло?»).

С ростом зрелости задач увеличивается и сложность аналитической системы и алгоритмов, а также количество необходимых источников данных — от простых сведений из историй болезни и данных биометрического мониторинга до геномных и семейных данных и даже до информации из социальных сетей. Если предположить, что команда собирается на длительную перспективу с целью создания зрелого решения, то 50 человек не представляется слишком большим ресурсом.

Пора отвязаться (о мобильности и рынке мобильных приложений)

2015-04-24T12:57:53Z

KseniyaKirillova: Новая страница: «<blockquote>''Елена Старынина, наш бизнес-аналитик напра…»

Елена Старынина, наш бизнес-аналитик направления «Торговые сети», рассказала «Российской Бизнес-газете» о перспективах развития мобильных технологий. В каких сегментах бизнеса больше всего востребована мобильность? Все ли компании готовы вкладываться во внедрение мобильных технологий? Какую роль мобильные решения могут сыграть в условиях кризиса? Об этом — в материале «Пора отвязаться» на сайте и в бумажной версии издания.

Елена Старынина: На фоне кризиса в России IT-технологии могут стать одним из ключевых инструментов привлечения клиентов как для торговых компаний, так и для банковского и инвестиционного бизнеса. На российском рынке мобильных сервисов следует ожидать появления новых приложений, которые позволят выигрывать обострившуюся борьбу за клиента.

Ритейлеры захотят «поддержать» мобильными приложениями популярность комфортного совершения покупок. Так, вполне возможно, что вскоре на основе уже появляющихся технологий будут созданы мобильные приложения, анализирующие статистику ваших покупок и предлагающие вовремя сделать следующий заказ продуктов в интернет-магазине, предугадывая, что, например, сыра и молока на завтрак в холодильнике уже не хватит. Или приложения для сканирования штрих-кодов товаров с витрины, благодаря которым на выходе из магазина клиента будут ждать выбранные таким способом и уже упакованные покупки.

Тратить меньше и делать это более обдуманно на фоне кризиса хотят не только поставщики услуг, но и клиенты магазинов, ресторанов и банков. Поэтому на рынке появятся мобильные приложения, позволяющие тратить и накапливать или инвестировать одновременно — откладывать на накопительный счет среднюю сумму чеков в кафе и ресторанах за неделю или переводить на инвестиционный счет у брокера 1,5 % от покупок в магазинах.

Безусловно, это не изменит основных тенденций — и самым востребованным направлением в мобильных приложениях останутся игры.

HR и бизнес: в едином порыве

2015-04-21T15:05:11Z

KseniyaKirillova:

HR-команда нашей компании приняла участие в конкурсе «Один день из жизни HR-менеджера», организованном на портале E-xecutive. В материале «HR и бизнес: в едином порыве» наши специалисты в творческой манере рассказали своим коллегам и другим читателям портала о том, из каких событий и дел состоит их обычный рабочий день.

Здравствуйте, дорогие коллеги и участники сообщества! Мы — HR-команда компании CUSTIS. Нам повезло работать в динамичной и молодой IT-отрасли: наша компания занимается проектированием, разработкой и внедрением масштабных IT-систем для банков и торговых сетей.

Лучшее, что у нас есть, — это люди. Именно они создают уникальные IT-решения для наших клиентов — проектируют архитектуру, способную пережить многочисленные «встряски» и перестройки бизнеса, разрабатывают приложения, которые потом легко сопровождать и модифицировать, и внедряют системы так бережно, что заказчик не успевает испугаться.

Поэтому в компании, где работают около 200 человек, девять HR-специалистов. Наш отдел персонала — не обеспечивающее подразделение, а команда, работающая в партнерстве с бизнесом, тесно интегрированная с производством и нацеленная на достижение стратегических целей компании.

Наша команда состоит из трех HR-партнеров бизнес-направлений, трех рекрутеров, специалиста по КДП, специалиста по обучению и руководителя отдела.

Но, действительно, ничто не расскажет о нас больше, чем «экскурсия» в наш рабочий процесс. Так что проходите, милости просим!

10:00. Чай, кофе, разбор почты и утренняя порция котиков в соцсетях? Не тут-то было. Наши рекрутеры этим утром без этих благ цивилизации — назначена первая встреча с кандидатом. Это, как говорилось в старой рекламе одного автомобильного бренда, «всерьез и надолго».

Вначале кандидату обстоятельно рассказывают о компании, наших проектах и технологиях. После этого ему предлагается тестирование — наши рекрутеры неплохо разбираются в специфике производства и способны адекватно оценить уровень компетенций IT-специалистов. Это позволяет сформировать ко второму интервью пул наиболее сильных кандидатов и снять с руководителей большую часть нагрузки по подбору персонала.

11:00. Часом позже у нашего специалиста по КДП начинается встреча с новым сотрудником. Рассказ о корпоративном праве, условиях работы и «Курсе молодого бойца» — сборнике полезных материалов обо всем, что касается жизни компании, от описания наших технологий до того, куда пойти пообедать, — завершается экскурсией по нашему офису сложной конфигурации, где новички действительно могут заблудиться без компаса.

12:00. А тем временем полным ходом идет совещание в Правлении. В него наравне с топ-менеджментом компании входит и руководитель отдела персонала. Она держит HR-фокус в решении стратегических задач компании, участвует в крупных проектах реорганизации и развития. Как говорит наш коллега, лучшая иллюстрация работы нашего руководителя — ее пустой кабинет, где она появляется в коротких перерывах между встречами и совещаниями.

13:00. Но есть одно священнодействие, на которое собирается вся команда. Нет, это не обед — это Daily Scrum Meeting (DSM). Наши производственные группы работают по Scrum — гибкой методологии разработки ПО, которая подразумевает, что работа ведется короткими итерациями, между которыми промежуточные результаты демонстрируются заказчику. Это позволяет раньше получить обратную связь, вовремя скорректировать процесс и в результате разработать именно ту IT-систему, которая нужна клиенту.

Мы в HR-отделе используем несколько практик из этой методологии. Так, мы тоже делим свою деятельность на 2─4-недельные итерации, каждую из которых предваряет планирование, где мы ставим себе задачи на ближайшую итерацию, отбирая их из крупноблочных планов (квартальных, годовых), и определяем роли и ответственных. Ежедневно c 13:00 до 13:15 команда собирается на DSM — мы обсуждаем, что удалось сделать за прошедшие дни и какие возникли трудности. Итерация завершается Retro, где мы отмечаем достижения за весь прошедший цикл, анализируем трудности и делимся идеями улучшений.

14:00. Параллельно совместно с отделом маркетинга идет подготовка к новому циклу открытых семинаров для студентов. Этой осенью мы уже в четвертый раз запускаем серию бесплатных семинаров IT-тематики для талантливой молодежи, которые проводят наши ведущие специалисты. Программа, плакаты, рассылки, бейджи, дипломы — все подготовительные мероприятия подробно распланированы в общем календаре Outlook.

16:00. А в это самое время наша коллега-рекрутер уже собрала новых сотрудников в конференц-зале на лекцию о наших внутренних инструментах.

У нас в компании используется собственная ERP-система Plantime, система багтрекинга Bugzilla и корпоративный портал на Wiki-движке. С их помощью проектные команды организуют свою деятельность, руководители — следят за ходом работ и предоставляют информацию заказчику, бухгалтерия и юридический отдел — ведут документооборот. Нам эти системы помогают анализировать трудозатраты и вести статистику, общаться с коллегами по поводу текущих задач, делиться знаниями и наработками.

18:00. А наш специалист по обучению получил новую порцию анкет обратной связи: он собирает детальную информацию о прочитанных в компании учебных курсах для совершенствования программ обучения. Плюс руководители уже сделали несколько запросов на развитие компетенций, которые нужны сотрудникам в их командах, а значит, нужно проработать тему и составить план обучения.

19:00. Сегодня наша руководительница освободилась пораньше, но в свой кабинет заглянуть так и не успела. У нас снова общая встреча, на которой мы анализируем процессы подбора и адаптации: почему новые сотрудники не проходят испытательный срок? почему делают выбор в пользу компании или, наоборот, отказываются от оффера? как выглядит компания глазами соискателей? Это крайне важные вопросы для выстраивания стратегии развития HR-бренда, и мы регулярно собираемся и делимся своими идеями и наблюдениями.

20:00. Здесь мог бы быть красочный эпилог о закатных лучах, заливающих кабинеты, о прекрасном конце рабочего дня, но… Действительно, смеркается. HR-партнер, довольный тем, что смог найти «окно» в плотном графике руководителя бизнес-подразделения, бодрым шагом направляется на встречу. И вот безлунной ночью руководитель и HR-партнер обсуждают дальнейший путь развития подразделения, занимаются организационным проектированием, планируют, какие еще люди нужны в команде, собирают информацию для формирования позиций будущих кандидатов…

Вот и закончился очередной рабочий день. По пути к лифтам мы еще делимся идеями для предстоящего корпоратива, сожалеем о так быстро пролетевшем лете и обсуждаем планы на выходные. И хотя снова все заканчивается темной ночью, мы счастливы оттого, что сегодня сделали почти все, чтобы завтра всем в компании не только «работалось», но и «жилось» лучше.

Рассмотреть фотографии поближе и оставить комментарий можно на нашей странице в Facebook.

Книжная полка-2012

2015-04-21T14:40:29Z

KseniyaKirillova:

Наша компания приняла активное участие в конкурсе «Книжная полка» издательства «Манн, Иванов и Фербер», посвященном презентации корпоративных библиотек. Как креативно и с пользой представить свою офисную книжную полку и какие книги рекомендуют к прочтению наши специалисты, можно узнать в материале «Проект «Книжная полка»: кто и что читает в CUSTIS», опубликованном в блоге издательства.

Мы занимаемся заказной разработкой программного обеспечения, создаем уникальные ИТ-системы для банков и крупных торговых сетей. Наша компания была основана в 1996 году группой выпускников МФТИ, которые увлекались программированием и мечтали решать нестандартные задачи в сфере ИТ.

Сейчас в компании почти 200 человек и около 20 проектных команд, состоящих из аналитиков, разработчиков и тестировщиков.

Люди — это лучшее, что у нас есть. Именно они вникают в самую суть проблемы заказчика, придумывают удачные архитектурные решения, способные пережить многократные «встряски» и перестройки бизнеса, разрабатывают отказоустойчивые системы и внедряют их так бережно, что заказчик не успевает испугаться.

Поэтому мы решили показать вам книги из нашей корпоративной библиотеки в руках наших бесценных специалистов. Ведь, как говорил Джозеф Конрад, «автор пишет только половину книги: другую половину пишет читатель».

Максим Зинченко, ведущий разработчик, с бестселлером Томаса Кайта «Oracle для профессионалов».
Роман Корешков, руководитель проектов отдела технологического развития, с классическим руководством Мартина Фаулера «UML. Основы».
Ольга Вовк, ведущий аналитик в проекте для крупной торговой сети, с книгой «Балдеющие от адреналина и зомбированные шаблонами».

Денис Гаврилов, ведущий разработчик отдела технологического развития, с книгой «Софт — отстой!». Денис поясняет: «Эта небольшая книжка заставляет замкнутых в себе и своих алгоритмах программистов задуматься о пользователе, ради которого, собственно, и пишется софт».

Анна Мурастова, инженер-тестировщик, с практическим руководством Agile Testing.
Вадим Денисов, ведущий аналитик в проекте по автоматизации одного из крупнейших банков, с учебником по банковскому делу.
Елена Старынина, аналитик-эксперт в банковской области, с книгой «Спиральная динамика» — о ценностных системах, формах мышления и управлении изменениями в людях и мире.

Николай Стариков, разработчик, с книгой «Экстремальное программирование», в которой сам создатель методологии XP рассказывает, подходит она вам или нет.

Виталий Козловцев, руководитель проекта по созданию ИТ-системы для крупной торговой сети, с книгой «Искусство системного мышления».

Сергей Ефанов, заместитель руководителя направления «Финансовые институты», с книгой Питера Друкера «Практика менеджмента» и Игорь Беспальчук, руководитель отдела технологического развития, с книгой «Организация как система»: «В этой работе, написанной по мотивам семинаров Уильяма Эдвардса Деминга, гармонично сочетаются ключевые направления и темы, в которых необходимо совершенствоваться руководителю, — психология личности и группы, системный подход и системное мышление, управление организационными структурами и стратегией».

Дмитрий Звонарев, менеджер по персоналу, с книгой Ицхака Адизеса «Стили менеджмента. Эффективные и неэффективные».
Инна Паламарчук, юрист, с классическим учебником Джеффри Рихтера «CLR via C#»
Екатерина Родыч, руководитель юридической службы, с книгой «Право интеллектуальной собственности. Авторское право».
Александра Вельянинова, редактор, с книгой Норы Галь «Слово живое и мертвое».

Максим Михалев, директор по маркетингу и продажам, с книгой Spiritus Animalis: «Акерлоф, автор парадокса своего имени, объясняет, в чем выражается нерациональное поведение людей, и к каким последствиям для экономики это приводит».

А теперь давайте посмотрим на сами книжные полки. Наша корпоративная библиотека носит распределенный характер — в каждом отделе или команде есть шкаф или полка с самыми нужными книгами, во многих командах полки висят над каждым столом.

Основная масса технической литературы — о технологиях и языках, подходах и методологиях разработки — базируется в отделе технологического развития (коротко мы называем его TechEvol). Это «технологическое ядро» компании, здесь работают ребята, которые отвечают за поддержку и развитие всех инструментов и технологий, которые используются в наших проектах.

Игорь Беспальчук, руководитель TechEvol, рассказывает, что у них есть свой список рекомендуемой литературы для разработчиков. На сегодняшний день он состоит всего из шести пунктов, но зато каких!

«CLR via C#» Джеффри Рихтера — классический учебник, дающий глубокое описание устройства исполняющей среды .NET.
«Oracle для профессионалов» Томаса Кайта — бестселлер гуру Oracle, содержащий исчерпывающее описание устройства, функционирования и принципов разработки для Oracle Database.
«Предметно-ориентированное проектирование» Эрика Эванса — очень сильная книга о высокоуровневых принципах объектно-ориентированного проектирования сложных систем с нетривиальной бизнес-логикой.
«Принципы, паттерны и методики гибкой разработки на языке C#» Роберта и Мики Мартинов — практическая книга, освещающая принципы современного объектно-ориентированного проектирования.
«Приемы объектно-ориентированного проектирования» — общеизвестный классический труд «банды четырех» о паттернах проектирования.
«Шаблоны корпоративных приложений» Мартина Фаулера — еще один знаменитый автор и знаменитая книга, посвященная разработке корпоративных приложений.

В отделе маркетинга и продаж — тоже большой книжный шкаф. Максим Михалев, руководитель отдела, рассказывает: «Библиотеку мы формируем по принципу "классику маркетинга и менеджмента читать обязательно" и "интересные книги, расширяющие кругозор".

За последние лет десять о маркетинге написано море книг. Что из этого читать, а что нет — персональный выбор каждого. Я же считаю, что, прежде чем читать что-то новое, лучше ознакомиться с трудами признанных в своей области гуру. Поэтому в нашем шкафу можно найти подборку книг Джека Траута — «Маркетинговые войны», «Дифференцируйся или умирай!», — невозможно компетентно говорить о позиционировании компании, не ознакомившись с этими книгами.

Поскольку мы занимаемся оказанием профессиональных услуг, наши настольные книги — это, в первую очередь, «Управление фирмой, оказывающей профессиональные услуги» и «Делай то, что проповедуешь» Дэвида Майстера. Настоятельно рекомендую всем, кто хочет понять, в чем состоит принципиальная разница между продажей товаров и продажей услуг. А для полноты картины стоит еще посмотреть «Продавая незримое» Гарри Беквита и «Профессиональную сервисную фирму» Тома Питерса (только перевод названия, на мой взгляд, не очень удачный). В обеих книгах авторы живым языком объясняют, что нужно, а чего совсем не стоит делать, продвигая профессиональные услуги.

Отдельно стоят книги о стратегии. Здесь стоит обратить внимание на книгу любимого нами Дэвида Майстера «Стратегия и толстый курильщик». Ее очень полезно прочитать и тем, кто только начинает интересоваться стратегией (причем не только компании), и тем, кто считает, что уже все в этом вопросе для себя решил. На простых примерах, в том числе и из личной жизни, Дэвид объясняет, что такое стратегия и что нужно для ее воплощения. Тем, кто хочет более серьезного чтива по теме, рекомендую «Планирование будущего корпорации» Рассела Акоффа. В этой небольшой книжке автор смог четко, коротко и по существу объяснить, что должна делать компания, занимаясь стратегией. Лучших определений понятий «системный анализ», «цель», «развитие», «миссия» я не видел ни в одной книге.

Для общего развития полезно прочитать «Великий крах 1929 года» Джона Гэлбрейта — книга хоть и рассматривает причины Великой депрессии, большая часть фактов в ней сильно напоминает то, что происходило в 2008 году и накануне. «Экономика идентичности» Джорджа Акерлофа объяснит, как такое базовое понятие психологии личности, как идентичность, влияет на принятие разнообразных экономических решений и какие последствия это влечет. А Раймонд Фисман и Эдвард Мигель в «Экономических гангстерах» пытаются понять, откуда берется коррупция и действительно ли она является злом для экономики».

Если заглянуть в комнаты к руководителям проектов и аналитикам, то у них на полках тоже можно увидеть много интересного. Елена Сомина — один из самых читающих людей в компании. Она работает в CUSTIS уже больше десяти лет — начинала как бизнес-аналитик, сейчас занимается разработкой стратегии компании. Лена рассказывает о книгах, которые оказали на нас наибольшее влияние: «Кроме книг-помощников в нашей производственной деятельности — таких, как настольные «UML. Основы» Мартина Фаулера, «Интерфейс» Джефа Раскина, «Принципы работы с требованиями к программному обеспечению» Дина Леффингуэлла и Дона Уидрига и многих-многих других, — нам не обойтись без книг по обустройству и повышению эффективности производственных процессов, по развитию компании в целом.

Когда мы совершенствовали практику использования гибких методологий разработки — читали «Бережливое производство программного обеспечения» Мэри и Тома Поппендик. «Мифы мотивации» Райнхарда Шпренгера открыли нам новые горизонты понимания механизмов мотивирования людей. Книга Джона П. Коттера «Впереди перемен» служит нам опорой в деятельности по развитию компании. «Структура в кулаке» Генри Минцберга — наш стартовый учебник в понимании законов роста компании и в модернизации ее оргструктуры. Из книги «Учитесь летать» Криса Коллисона и Джефа Парселла мы черпаем идеи для решения задач управления знаниями.

Ну а замечательная работа С. И. Поварнина «Спор. О теории и практике спора» — наш помощник в повышении эффективности коммуникаций, которыми насыщена и производственная деятельность, и внутрикомпанейская жизнь».

Вообще все книги, конечно, не перечитать. Но мы нашли выход из положения!

Наталья Кулакова, ведущий аналитик в проекте по созданию ИТ-системы для крупной торговой сети, с жизненно необходимой книжкой «Искусство рассуждать о книгах, которых вы не читали».

Спасибо издательству «Манн, Иванов и Фербер» за прекрасную возможность подурачиться с пользой и, конечно же, за отличные книги! Надеемся, вам было так же интересно с нами, как нам самим с собой ☺

Кодогенерация в Oracle и не только

2015-04-20T16:37:58Z

KseniyaKirillova:

Виктор Осоловский, наш разработчик-эксперт, опубликовал в блоге компании на «Хабрахабре» статью, посвященную решению проблемы кодогенерации при разработке приложений для СУБД Oracle. Какие существуют возможности для генерации кода «из коробки»? В чем заключаются достоинства и недостатки клиентских средств и сторонних решений? Каким образом удалось создать свой инструмент для решения проблемы с генерацией кода? Ответы на эти вопросы — в материале «Кодогенерация в Oracle и не только».

В этой статье я расскажу о решении проблемы кодогенерации при разработке приложений для СУБД Oracle. Хотя написанное ниже частично можно применить и к другим СУБД, и для генерации не только кода.

Подходы к контролю доступа: RBAC vs. ABAC

2015-04-20T14:28:33Z

KseniyaKirillova:

Евгений Мяченков, наш ведущий разработчик, опубликовал в корпоративном блоге на «Хабрахабре» статью, посвященную вопросу контроля доступа в компании. Какие существуют подходы к контролю доступа? В чем заключаются достоинства и недостатки ролевого подхода? Какие преимущества по сравнению с ним предоставляет подход, основанный на атрибутах? Ответы на эти вопросы — в материале «Подходы к контролю доступа: RBAC vs. ABAC» на сайте.

Статически проверяемые ссылки на свойства Java-бинов

2015-04-20T13:34:55Z

KseniyaKirillova:

Сергей Кошель, ведущий разработчик, опубликовал в нашем корпоративном блоге на «Хабрахабре» статью «Статически проверяемые ссылки на свойства Java-бинов». В ней он рассказал о недостатках синтаксиса Java, связанных с невозможностью сослаться на свойство бина, о конкретных рабочих задачах, при работе над которыми необходимо было устранить данные недостатки, а также представил разработанное в компании решение и аспекты его использования.

Когда долго и серьезно используешь какой-либо инструмент, неминуемо возникают претензии к нему — неудобства, с которыми сперва миришься, но в какой-то момент понимаешь, что проще один раз исправить, чем все время страдать. Хорош тот инструмент, который позволяет допилить сам себя.

Java — хороший инструмент, поэтому об одном таком неудобстве и о том, как мы его исправляли, и пойдет речь.

О личной эффективности программиста, или Как сосредоточиться на самом главном, не забыв обо всем остальном

2015-04-20T11:29:48Z

KseniyaKirillova:

В статье, размещенной в корпоративном блоге на «Хабрахабре», Вячеслав Муравлев, наш ведущий Java-разработчик, поделился своим опытом планирования деятельности в целом и рабочего процесса в частности. В материале «О личной эффективности программиста, или Как сосредоточиться на самом главном, не забыв обо всем остальном» он рассказал, какими методиками по самоорганизации и планированию вдохновлялся, какие подходы и инструменты использует на практике, а также дал несколько советов тем, кто только начинает знакомиться с методикой GTD.